Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 17 – Лина Грин

— И теперь можете?

— Теперь дверь открыта.

— Потому что её открыла я.

— Именно.

Мне совершенно не понравилось направление разговора.

— Получается, если бы я её не открыла, вы не смогли бы её продать?

Чиновник нахмурился.

— Формально это не имеет значения.

— По-моему, имеет огромное.

Олли отвернулась, скрывая улыбку.

Марек же продолжал смотреть на меня с тем же непроницаемым выражением.

— У вас нет прав на это помещение.

— Я уже поняла.

— И нет документов, подтверждающих связь с прежней владелицей.

— Кроме ключа.

— Ключ не является свидетельством о наследовании.

— Жаль. Он проделал гораздо больше работы, чем ваши четыре официальных.

Олли кашлянула снова, на этот раз гораздо громче.

В глазах Марека мелькнуло что-то подозрительно похожее на усмешку, но исчезло раньше, чем я успела убедиться.

Чиновник тем временем начал перелистывать бумаги.

— Существует одно положение.

Марек посмотрел на него.

— Господин Ферр.

— Что? Оно существует.

— Какое положение? — немедленно спросила я.

Господин Ферр явно пожалел, что заговорил.

— Устаревшее.

— Насколько?

— Достаточно.

— И что там сказано?

Он поправил воротник.

— Если заброшенное торговое предприятие возобновляет деятельность до момента проведения аукциона, лицо, фактически восстановившее его работу, может обратиться за временным правом управления.

Я выпрямилась.

— Значит, я могу оставить лавку?

— Я сказал «обратиться».

— Хорошо. Я обращаюсь.

— Это не так просто.

Разумеется.

В моей жизни ничего хорошего никогда не начиналось со слов «это очень просто».

— Что нужно?

Ферр стал загибать пальцы.

— Восстановить торговую деятельность. Зарегистрироваться в городской управе. Погасить задолженность объекта. Подтвердить безопасность помещения. Получить разрешение на использование магической сети. Уплатить торговый сбор и в течение тридцати дней доказать экономическую состоятельность предприятия.

Я слушала.

Где-то примерно на словах «погасить задолженность» надежда начала покидать меня.

— Какая задолженность?

Ферр назвал сумму.

Я посмотрела на него.

— Это много?

Олли присвистнула. Вопрос отпал.

— И всё это за тридцать дней?

— Двадцать девять, — уточнил Ферр, посмотрев на часы. — Сегодня уже началось.

— Великолепно.

Марек сложил руки за спиной.

— Вы не обязаны этого делать.

Я повернулась к нему.

— А что произойдёт со мной, если я не буду?

— Мы установим вашу личность и место происхождения. До этого времени вам предоставят временное размещение.

— Где?

Ферр заинтересовался бумагами. Это было плохим знаком.

— Где? — повторила я.

— В городском доме для лиц без установленного места проживания.

Я закрыла глаза.

Гостиничный администратор во мне немедленно нарисовал учреждение, в котором постельное бельё меняют нечасто, а дверь в ванную не закрывается.

Потом я посмотрела вокруг. На пыльный прилавок, на старые столики, тыквенные светильники, на лестницу, ведущую к комнате с зелёным покрывалом, на кухню, где лежала записка неизвестной женщины. И на вывеску за окном.

Тыквенная лавка госпожи Браун.

Я не знала, как вернуться домой. Не знала, почему ключ привёл меня именно сюда. Не знала, кто сказал «наконец-то», когда я открыла дверь. И совершенно точно не собиралась уходить отсюда раньше, чем получу хотя бы один ответ.

— Где подписать?