Книга Хозяйка пансиона на Вязовой улице, страница 3 – Лина Грин

— Я не помню вчерашнего вечера.

— Это неудивительно. Вы были очень утомлены.

Анна не стала спорить. Сейчас ей требовалось понять хотя бы то, что происходило вокруг. Если она действительно оказалась в 1843 году, то паника не поможет. Сначала нужно собрать информацию.

— Принесите мне одежду. И расскажите, что здесь происходит.

Миссис Хадсон поджала губы.

— Боюсь, мисс, вам не понравится.

— Судя по вашему лицу, мне уже многое не нравится.

Впервые за всё утро женщина чуть заметно улыбнулась.

К завтраку Анна спустилась в простом тёмно-синем платье. Миссис Хадсон помогла ей затянуть корсет, хотя Анна сразу заявила, что не собирается проводить весь день в одежде, мешающей нормально дышать. Служанка посмотрела на неё с неодобрением, но спорить не стала.

Столовая оказалась просторной, однако выглядела запущенной. На стенах местами отслаивались обои, возле камина темнели пятна сырости. На длинном столе стояли чайник, тарелка с хлебом и небольшая миска овсяной каши.

— Это всё, что есть на завтрак? — спросила Анна.

— Для вас достаточно.

— А для остальных?

Миссис Хадсон не сразу ответила.

— Девочки уже поели.

— Чем?

— Тем же, чем обычно.

Женщина поставила перед ней тарелку.

— Мисс Блейк, вы не должны заниматься хозяйством. Вам следует отдохнуть.

— Я не собираюсь отдыхать, пока не пойму, что происходит в моём доме.

— В вашем доме? — Миссис Хадсон впервые за утро позволила себе откровенную усмешку. — Простите, мисс, но ещё недавно вы не желали даже знать, сколько стоит мешок угля.

Анна подняла глаза.

— Значит, я была не слишком хорошей хозяйкой?

— Вы были хозяйкой, которая предпочитала не замечать неприятностей, пока ими занимался мистер Пембертон.

— Кто это?

— Бывший управляющий. Он уехал несколько недель назад, оставив после себя счета, долги и учителей, которым не платили четыре месяца.

Анна перестала есть.

— Четыре месяца?

— Именно.

— Почему никто не обратился ко мне раньше?

Миссис Хадсон поставила на стол блюдо с хлебом.

— Обращались. Вы отвечали, что мистер Пембертон разберётся. Потом говорили, что всё решится после приезда попечителей. А затем перестали принимать посетителей.

Анна почувствовала, как меняется её представление о прежней владелице тела. Элеонор не просто оказалась в сложном положении. Она сама допустила, чтобы люди вокруг неё остались без денег и уверенности в завтрашнем дне.

— Что стало с Пембертоном?

— Он уехал в Лондон. По крайней мере, так нам сообщили. Его местонахождение неизвестно.

— А документы?

— В кабинете. Если их ещё не разобрали.

— Кто сейчас отвечает за пансион?

— Формально вы. Но если спрашиваете, кто здесь действительно работает, то я, мистер Прайс и мисс Мортон. Остальные учителя разъехались.

— Сколько воспитанниц осталось?

Миссис Хадсон замялась.

— Семь.

Анна посмотрела на пустые места вдоль стола.

— А сколько было раньше?

— Двадцать восемь. До того как пошли слухи о долгах и задержках жалованья.

— Почему родители забирают девочек?

— Потому что не хотят платить за обучение в заведении, которое может закрыться в любой момент. И потому что ваша репутация, мисс, не помогает делу.

— Что именно обо мне говорят?

— Что вы легкомысленны, не умеете распоряжаться деньгами и слишком увлечены светскими развлечениями, чтобы заботиться о пансионе.