Книга Отвергнутая драконом, страница 26 – Ия Эмдин

Адалин стояла и не могла двинуться. Она никогда не видела драконов так близко. Только Генри, и то издалека. Она знала, что драконы огромны. Знала, что они сильны. Но одно дело знать. И совсем другое - стоять перед этой махиной, чувствуя, как земля дрожит от каждого его выдоха.

Она сделала шаг вперёд.

— Уходи, - раздалось в её голове. Его голос. Он говорил прямо в её сознании. - Уходи отсюда, человек. Я опасен. Умирающий дракон опасен.

Адалин остановилась. Но не отступила. Она смотрела на дракона, на его раны, на кровь, которая продолжала течь, пропитывая снег. Она видела, как тяжело он дышит. Как подрагивают его крылья. Как из глубокой раны на боку - длинной, как река, - вытекает жизнь.

Она подошла ближе. Адалин опустилась на колени рядом с его головой. Так близко, что могла бы коснуться рукой его чешуи. Она не касалась. Боялась. Но смотрела. На огромную морду, на длинные рога, уходящие назад, на серебряные искры в тёмной чешуе. На кровь, которая текла из глубокой раны на шее - длинной, ровной, как будто от клинка.

— Я не знаю, как тебе помочь, - прошептала она.

Он попытался приподнять голову, но не смог. Только глухой, сдавленный стон вырвался из его горла.

— Уходи, - повторил он. - Я не хочу... причинить тебе вред. Когда мне больно... я не контролирую... огонь.

Адалин посмотрела на него. На его огромное тело, на раны, на кровь. На то, как он лежит - беспомощный, несмотря на всю свою силу. Как зверь, который привык быть хозяином неба, а теперь не может даже поднять голову.

— Я не уйду, - сказала она.

Адалин хотела спросить, кто он. Хотела спросить, почему он здесь. Но дракон уже не отвечал. Его дыхание стало ещё тяжелее, ещё прерывистее. Кровь всё текла. И Адалин поняла: если она ничего не сделает, он умрёт.

Она встала. Огляделась. Сад, снег, лес. Ничего, что могло бы помочь. Тогда она посмотрела на свои руки. На ладони. На то место, где под кожей жило тепло. Огонь.

Она не знала, сработает ли это. Не знала, как это делается. Но она села обратно на колени, протянула руки к ране на его шее.

— Я не знаю, что делаю, - прошептала она. - Но я попробую.

Тепло поднялось по рукам, к ладоням, к кончикам пальцев. Адалин почувствовала, как её руки становятся горячими. Не обжигающими - живыми. Она приложила их к ране.

Ничего не произошло.

Она держала руки на ране, чувствуя, как тепло перетекает из неё в него. Но кровь продолжала течь. Рана не закрывалась.

Адалин надавила сильнее. Она представила, как огонь внутри неё становится ярче, сильнее, как он переходит в её ладони и оттуда - в его тело. Она хотела этого. Она верила, что сможет. Но тепло уходило в пустоту. Как вода, вылитая на камень.

— Нет, - прошептала она. - Нет, нет, нет...

— Не получается, - сказала она. Голос дрогнул. - Я не могу.

Дракон молчал. Только дышал. Всё тяжелее. Всё реже.

Адалин встала. Она не знала, что делать. Она не знала, как помочь. Она не знала, как спасти его. Она смотрела на него - на огромное тело, на раны, на кровь, которая пропитала снег вокруг, и чувствовала себя беспомощной. Такой же беспомощной, как в тот день, когда Генри сказал ей, что она пустышка. Такойже никчёмной. Такой же...

Она опустила взгляд. И в этот момент что-то блеснуло под её ногами. Камень. Адалин смотрела на него, и в голове у неё что-то щёлкнуло. Мысль была дикой. Глупой. Но другой не было.