Книга Отвергнутая драконом, страница 24 – Ия Эмдин

Была в статье и цитата. Изабель, улыбаясь, сказала корреспонденту: «Это самый счастливый день моей жизни. Я благодарю богов, что нашла свою пару».

Адалин смотрела на эти слова долго. Потом перевела взгляд на гравюру. На Генри. На его лицо, гордое и спокойное. На его руку, сжимающую руку Изабель.

Она ждала, что почувствует боль. Что-то тяжёлое, ноющее, как открытая рана. Но боли не было. Было странное, тихое опустошение. Как будто внутри неё выключили свет, но свет этот был ненужный, чужой, и его отсутствие принесло только облегчение.

Она сложила газету и отложила её в сторону.

— Госпожа? - осторожно спросила Нэлла. - Вам плохо?

— Нет, - ответила Адалин и сама удивилась тому, что это было правдой. - Мне не плохо. Мне... всё равно.

Она больше не думала о нём. Не с болью, не с горечью. Просто отметила и отпустила. Как отрезала нитку, которая давно уже была натянута до предела.

Она встала и вышла из-за стола. Подошла к окну. Где-то вдалеке, за лесом, за деревней, за сотнями вёрст, в столице, шёл бал. Играла музыка. Драконы поднимали бокалы. Изабель улыбалась. Генри смотрел на неё, как когда-то смотрел на Адалин.

Но это было неважно.

…

Деревня Каменный Дол стояла на самом краю обжитого мира. Дальше - только горы, холодные и неприступные, а за ними - чужая земля.

Каменный Дол был последним форпостом перед границей.

Она знала о границе, что отделяла земли драконов от земель магов. О войне, которая длилась двести лет и не думала заканчиваться. О том, что за горами живут люди, у которых нет крыльев, но есть сила, способная сжечь дракона в небе. И о том, что драконы считают этих людей врагами. И о том, что маги считают драконов зверями.

Она знала, что деревня, в которую она приехала, стоит на самом краю драконьих земель. Она знала это, когда ещё собиралась в дорогу, когда читала документы на поместье, когда смотрела на карту, разложенную на столе в замке Винтеров. Генри, отдавая ей это поместье, знал, что делает. Он отправлял её не просто в глушь. Он отправлял её на границу. Туда, где неспокойно. Туда, где может быть опасно.

Может, он надеялся, что она не доедет. Может, надеялся, что она сбежит. Может, просто хотел убрать её подальше от столицы.

Так или иначе, она была здесь.

Знала она и о том, что война идёт не всегда. Что бывают долгие месяцы тишины, когда ни один маг не переходит границу и ни один дракон не поднимается в небо с оружием.

Нэлла рассказывала ей о стычках буднично, как о чём-то привычном. «В прошлом месяце снова грохотало за горами. Лира испугалась, думала, гроза. А это не гроза была. Это они». Лира кивала, подтверждая, и добавляла: «Мама говорила, что раньше было тише. А теперь опять началось».

Однажды ночью Адалин проснулась от звука, которого раньше не слышала. Глухой, раскатистый удар, как будто где-то далеко, за лесом, за горами, упала огромная скала. Потом ещё один. Потом - серия быстрых, резких хлопков, похожих на далёкие раскаты грома, но слишком ритмичных для грома.

Адалин не испугалась. Она встала, подошла к окну. Небо над горами было не чёрным, а странным - багровым, как будто за горизонтом горел огромный костёр. Вспышки - яркие, белые, голубые - прорезали эту багровость и гасли. Это было красиво. И страшно.

Она смотрела на это долго. Не отходя от окна, не отводя глаз. И думала о том, что когда-то, давно, её предки тоже смотрели на такое небо. Только это было другое небо. И другая граница. И другой огонь.