Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 99 – Джози Силвер

— То есть ты его не приглашала, он просто случайно зашел как раз на паэлью?

Не знаю, верить ей или нет. Она говорит убедительно и выглядит убедительно. С другой стороны, я сижу тут и лгу ей прямо в глаза, так почему она не может делать то же самое?

— Ты же знаешь, у меня было свободное место. Он его занял. Мне не жалко, но, Мелоди, я правда считаю, что тебе стоит с ним поговорить.

— Всего несколько дней назад ты так не думала, когда он гнусно со мной обошелся, – слегка фыркаю я, хмурясь.

Кажется, ее разрывают противоречивые чувства.

— Ну да, конечно, – говорит она, садясь напротив меня. – Просто на нем сейчас большая ответственность, знаешь, из-за телевидения. И еще эти девушки…

— Близняшки? – Я навостряю уши.

Она кивает:

— Ты знала, что Лео оплачивает все их расходы здесь, в городе? Аренду, питание, вообще все?

Я секунду осмысливаю сказанное.

— Потому что они основали его фан-клуб?

Мама вновь кивает:

— Он сказал, что они перешли на его сторону, когда Финбар Ханиман добился против них судебного запрета. Насколько я могу судить, ситуация непростая.

— Подожди секунду. – Я опять хмурюсь, совершенно сбитая с толку.

Финбар Ханиман занимается примерно тем же, чем и мы, где-то недалеко от границы с Шотландией. Я пару раз сталкивалась с ним на съездах и мероприятиях, и он еще заносчивее Лео, хотя такое, казалось бы, невозможно.

— Никки и Викки были ханибанни, прежде чем стали дарклингами?

Пожалуй, это самая чудна́я фраза из всех, что я до сих пор произносила.

Лео и Финбар Ханиман – самопровозглашенные соперники в соцсетях и в жизни, поэтому я потрясена тем, что близняшки перешли от одного к другому. Погодите-ка…

— Финбар Ханиман добился судебного запрета?

Мама подается вперед, словно делится сверхсекретной информацией:

— Похоже, они чересчур увлеклись Финбаром и принялись терроризировать всякого, кто осмеливался сказать о нем что-то дурное. Угрозы в соцсетях, оскорбительные сообщения и тому подобное. В итоге в дело вмешалась полиция и запретила им даже приближаться к Финбару. И тогда они перешли на сторону Лео.

— Ясно, – медленно произношу я, вспоминая случай в подвале на Бримсдейл-роуд. Возможно, зря я так быстро дала сестричкам второй шанс. – И теперь он платит за то, чтобы девицы жили здесь в качестве его личных помощниц?

— Между нами говоря, Мелоди, думаю, у него не было выбора. К тому времени, когда всплыла правда, они уже были здесь и отвечали за его… дарлингов вроде?

— Дарклингов.

— Они появились у него на пороге с чемоданами и назвались командой мечты. Он ничего не знал об истории с Финбаром, пока они не сели ему на шею.

Я не упоминаю, что они роняли крокодиловы слезы у меня на пороге. Теперь понятна тактика этих девиц, и они предстают передо мной в совершенно ином, зловещем свете. Похоже, Лео пригрел парочку чокнутых помешанных фанаток и теперь не знает, как от них отделаться. Наверное, ему одновременно лестно их внимание и страшно им отказать, вдруг они набросятся на него, как Кэти Бейтс^[19], и начнут колотить кувалдой по лодыжкам.

— Мелоди, милая… – Мама перекидывает длинные серебристые волосы через плечо и серьезно смотрит на меня. – Неприятно это говорить, но, по-моему, Лео приходил вчера, чтобы предупредить тебя об опасности.

* * *

— Господи Исусе! – Марина рвет и мечет, когда я пересказываю мамину речь во время утреннего совещания в понедельник за кофейным столиком. – Предупредить об опасности? Ты ей рассказала, что они уже пытались всадить тебе нож в спину?