Книга Пожалеешь, что предал, страница 20 – Лу Берри

На самом деле потеря была невелика — у дочки был простенький кнопочный телефон, который я ей купила только для того, чтобы звонить.

А звонить мне сейчас, по большому счету, было и некому. Была только крёстная, но чем она могла бы помочь нам прямо сейчас, находясь в двух часах езды отсюда?

Я обвела взглядом заправку, пытаясь собраться с разбегающимися мыслями. При мне, к счастью, была сумка с документами и кошельком, но выбраться отсюда нам это, увы, не помогло бы.

Нужно было просить кого-то о помощи, а именно — подвезти нас. Другого выхода я не видела.

Я решила зайти в маленький магазинчик на заправке, чтобы хотя бы узнать, где именно мы застряли. Обратилась к молодому парнишке за прилавком и он ответил, что мы недалеко от посёлка Сосновка, что, увы, ни о чем мне не говорило.

Мы проторчали на заправке около часа. Я украдкой разглядывала подъезжающие машины, пытаясь понять, к кому вообще можно было бы обратиться, но в основном притормаживали одинокие мужчины за рулём, к которым мне было откровенно страшно садиться вместе с дочерью.

На улице уже стемнело, а мы с дочкой все стояли на одном месте, сиротливо прижимаясь к стенам магазинчика.

А потом меня вдруг окликнули…

— Аля? Неужели это ты?

Я обернулась. Лицо показалось смутно знакомым, но я не смогла сразу понять — откуда.

Мужчина подошёл ближе, и тогда я сумела рассмотреть его глаза — удивительные, светло-голубые, с карей радужкой вокруг зрачка. Такие я видела только у одного человека за всю свою жизнь.

— Илья? — вырвалось у меня неверяще.

Он рассмеялся, шагнув ближе — высокий, стройный, с непокорными русыми волосами, которые никак не желали лежать послушно — одна прядь упрямо падала ему на лоб. А ещё у него была все та же обаятельная, располагающая улыбка, что отпечаталась в моей памяти с детских лет.

— Узнала всё-таки! Сколько лет, сколько зим.

Я смотрела на него и просто не могла не улыбаться.

В детстве мы дружили. Родители Ильи жили через два дома от крёстной, и я помнила, что он всегда приходил, чтобы позвать меня гулять, как только узнавал о том, что я приехала в гости.

Мы с ним не виделись, наверное, уже лет десять. Я, к сожалению, нечасто могла навещать крестную в последние годы, да и сам Илья, как я слышала, давно жил в другом месте.

— А ты что здесь делаешь, ждёшь кого-то? — спросил он, окинув взглядом заправку, а потом его глаза задержались на притихшей Аглае. — Это твоя дочка?

— Да, это Аглая, — ответила ему. — Мы ехали к крестной на автобусе, водитель сделал здесь небольшую остановку. Мы отошли в туалет — дочке стало плохо — а когда вышли, обнаружили, что автобус уехал без нас.

— Кошмар какой, — Илья сочувственно покачал головой. — Но знаешь что? Я ведь тут тоже не просто так — к своим еду как раз. Я вас подвезу, если хочешь.

— Господи, — выдохнула я с облегчением. — Хочу, конечно! Мы тут, наверно, уже час стоим… я не знала, кого попросить о помощи.

Илья снова улыбнулся и от его улыбки внутри меня словно разжалась какая-то невидимая, но звенящая от напряжения пружина.

Отпустило.

— Выходит, нет худа без добра! — проговорил он бодро. — Ужасно, что вы тут застряли, но я рад, что вы дождались именно меня.

Его оптимизм невольно заражал.

Он наклонился к Аглае и спросил:

— А ты спереди любишь кататься или сзади сядешь?