Книга Свадьба бывшего, страница 97 – Ольга Слободская

— Слушай, Кать, — сказал он тихо, кивнув на лестницу, по которой только что спустился Ламов. — Он тебя спрашивал, мы не знакомы ли раньше. На перерыве. Я слышал, я на террасу за ним шёл, а потом передумал. Вы правда знакомы?

— Нет.

— А чего он на тебя весь день пялился? Я думал, он запал.

— Не знаю, Вов.

Вовка посмотрел на меня внимательно, по-новому, будто впервые увидел.

— Кать, ты бледная, как моя тёща в гробу. С тобой всё нормально?

— Нормально. Устала просто.

— Ну смотри. — Он помолчал. — Если он тебе чего, ты мне скажи. Я его, гада, сто лет знаю. Он скользкий. Он на корпоративе одном у клиентки кольцо со стола спёр, она потом нашла у него в кофре, а он сказал, случайно упало. Я тогда ещё подумал: таких на свадьбы пускать нельзя.

— Спасибо, Вов.

Он ушёл. Мы остались с Зоей Петровной вдвоём в Белом зале, среди пустых чашек и крошек от пирожных Ирины Валентиновны. Лариса гремела посудой где-то в подсобке.

— Он, — сказала Зоя Петровна. Не спросила.

— Он.

— Я так и поняла. Как только он вошёл. — Она сняла очки и потёрла глаза. — Знаешь, у меня в «Оке» был такой официант. Тоже весёлый, тоже глаз с поволокой, тоже с часами. Двенадцать лет назад. Гостей обсчитывал, как бог. Я его год ловила. Поймала на свадьбе дочки прокурора, представляешь, нашёл кого обсчитать. Его потом так уволили, что он в Нижнем больше нигде не работал. — Она надела очки. — У этого такие же глаза. Как у того. Глаза человека, который знает, что ему за всё уже заплачено.

Я села на стул, на котором только что сидел Ламов. Стул был ещё тёплый. Я встала и пересела на другой.

— Он меня узнал, — сказала я. — Не сразу. На террасе. Сначала спросил, не встречались ли мы. Потом спросил, давно ли я знаю Алину. А потом сказал: «Так это вы». И всё понял. Я видела, как он понял.

— И что он понял?

— Что организатор свадьбы Алины это та, кто лежала с ним в «Откосе». Он, видимо, не знал. Алина ему не сказала, кто будет организатором. Он думал, что я просто какая-то Екатерина из какого-то агентства.

Зоя Петровна долго молчала.

— И что он теперь будет делать?

— Позвонит ей, — сказала я. — Прямо сейчас, наверное. Уже позвонил. Спросит, она что, с ума сошла. Он же понимает, что если я что-то вспомню… Если я догадаюсь…

— Ты уже догадалась.

— Он этого не знает. Он знает только, что я рядом. И что Алина его ко мне сама привела. И что я её организатор, и что я вижу все деньги, и что я сказала, что деньги будут шестнадцатого, а не пятнадцатого, как она обещала.

— А зачем ты сказала шестнадцатого?

— Затем, что пусть понервничает. — Я посмотрела на неё. — Пусть он позвонит ей и спросит, где его деньги. А она скажет, что ничего не знает, что это я задерживаю. А он спросит, почему. А она не будет знать, что ответить. Пусть они начнут нервничать друг из-за друга, Зоя Петровна. Пока они вместе, они как стенка. Мне надо, чтобы они разошлись.

Зоя Петровна посмотрела на меня поверх очков, долго, с новым выражением, какого я раньше у неё не видела. С уважением, что ли.

— Это ты где такому научилась? — спросила она.

— На свадьбах. Когда тёща с невестой воюют, а жених между ними. Если хочешь, чтобы они помирились, сажай их рядом. А если хочешь, чтобы поругались, сажай через стол и давай каждой по секрету, которого не знает другая.