Книга Свадьба бывшего, страница 158 – Ольга Слободская

На первой минуте я держалась. Я смотрела ему в глаза, серо-зелёные, с тёмным ободком вокруг радужки. Я думала о том, что надо бы проверить, хватит ли кофе. И одёрнула себя: не надо. Не мне. Сегодня не мне.

Зоя Петровна стояла у перил веранды. Я увидела её через плечо Макса. Она смотрела на нас и улыбалась. И держала в руке телефон с включённым секундомером. И смотрела на него.

На второй минуте я заплакала.

Миша, стоявший у перил рядом с Зоей Петровной, дёрнул её за рукав и что-то сказал. Я не слышала что. Но я видела, как Зоя Петровна посмотрела на телефон, потом на меня, потом наклонилась к Мише и кивнула. И Миша поднял руку и показал мне два пальца. Как знак победы.

Вторая минута.

Потом я узнала, что это была за песня. Зоя Петровна сказала мне потом, ночью, когда все разъехались и мы сидели на веранде, сбросив туфли. Это была песня, которую играли в ресторане «Ока» в тысяча девятьсот девяностом году, на её собственной свадьбе. Она была замужем три года. Муж погиб. Она никогда больше не выходила замуж. И никогда больше не слышала эту песню. До сегодняшнего дня.

— Пусть теперь у тебя будет, — сказала Зоя Петровна. — Мне она больше не нужна. А тебе пригодится.

Ночью, когда все уехали, а Миша уснул на диване в гостиной, в костюме, с бабочкой в белых медведях, сбившейся набок, с пряником «Михаил» в руке, недоеденным, как год назад, Макс вышел на веранду, где я сидела босиком, в платье без пуговиц, глядя на огни Нижнего на том берегу.

Он сел рядом. На ступеньку веранды. Плечом к плечу.

Мы сидели молча. На том берегу, на высоком откосе, светились белые колонны «Откоса». Там сейчас, наверное, гуляла чья-то свадьба. Какая-нибудь невеста танцевала свой первый танец, и кто-то плакал на второй минуте. Какой-нибудь организатор считал, хватит ли кофе. Какой-нибудь жених смотрел на свою невесту так, как смотрят на что-то очень большое и очень хрупкое.

Я надеялась, что у них всё будет хорошо. Что им никто не нальёт розовый коктейль с грейпфрутом. Что, если они когда-нибудь спросят друг друга один раз и не получат ответа, они спросят второй.

— Кать, — сказал Макс.

— М?

— Можно я тебя спрошу?

— Спроси.

— Ты счастлива?

Я подумала. Честно. Как думает Миша, сдвинув брови, глядя куда-то вбок.

— Да, — сказала я.

Он кивнул. Не стал переспрашивать. Ему было не надо.

Правило организатора номер один, которое все эти годы висело над моим столом: всегда имей план «Б».

Я сняла его со стены через неделю после свадьбы, когда вернулась в агентство. Мы как раз переезжали из подвала на первый этаж, в новое помещение на Ильинской, через дорогу, где окна были выше щиколоток и с улицы было видно лица людей, а не только их обувь. Зоя Петровна сказала, что жалко, что теперь не поиграешь в угадайку по туфлям. Миша сказал, что можно играть в угадайку по лицам. Это сложнее, но интереснее.

Я сняла табличку и положила её в коробку. Вместе с синей папкой со списком гостей, исписанным левой рукой. Вместе с двумя листами в клетку, вырванными из тетради, с бахромой на краю, исписанными синей шариковой ручкой. Вместе с фотографией из Казани.

На её место я повесила новую табличку. Миша написал её сам, печатными буквами, красным фломастером, на листе из своего блокнота, и мы вставили её в рамку.

«ПРАВИЛО НОМЕР АДИН. ЕСЛИ НЕ ОТВЕТИЛИ, СПРОСИ ВТАРОЙ РАЗ».

Я не исправила ни одной ошибки.