Книга Пыль в доме, страница 97 – Харитон Мамбурин

— Так. Что дальше?

Не получилось. Девушка-подросток скуксилась и принялась дальше греть руки о чай. А у меня… внезапно кончилось терпение. Как в тот раз, с Майклом Аркейном… точнее, не так. Я перестал видеть смысл в происходящем. Моё время взрослого человека, пришедшего с работы, было многократно ценней, чем у глупой девчонки, пытающейся найти слова, чтобы извиниться с сохранением хоть какого-то достоинства. Мне незачем было ей потакать.

— Нора, — вздохнул я, отпив еще раз, — Я целый день работал, устал, мне сейчас нужно готовить ужин для себя и для отца. Давай сделаем вид, что мы поговорили, я всё выслушал и…

— Тебе что, настолько на меня плевать⁈ — неожиданно пискнула эта… эта…

От такого вопроса быстро закипающая внутри меня злость заледенела, осыпавшись крошкой на остатки веры в бывшую подругу детства. Впрочем, хватило и одной крошки.

— После того, как ты меня оболгала перед всей школой и городом — да, — четко отрезал я, глядя в расширившиеся зеленые глаза на лице той, кто так сильно был похож и не похож на Финолу, — Я тебе ни слова не сказал. Ничем не обидел. Ничего не сделал. А ты травила на меня парней и обливала грязью перед всем городом. Так что да, мне на тебя плевать, Нора Бреннан.

Наверное, меня должна была уколоть совесть при виде заревевшей рыжей дуры, вскочившей со стула и унёсшейся из дому, но внутри не шелохнулось ничего. Вообще ничего, кроме удовольствия от тихо вышедшего пара. Мелкая злобная ирландка для меня сейчас вообще не котировалась как существо, имеющее значение.

Тем более, что через десять минут на том же стуле сидела почти её точная копия с укоризненным и надутым видом. К счастью, с этой гостьей я мог просто молчать, не отвлекаясь от готовки. Отец должен был вернуться с минуты на минуту, да и Финолу тоже можно было бы накормить.

— Марк.

— А?

— … она сама пришла. Её никто не просил.

— Это для меня должно что-то значить?

— (негодующее пыхтение)

— Фи, знаешь, зачем приходила твоя сестра?

— Попросить прощения! (очень сердито)

— Нет. Избавиться от ощущения что она никчемная, глупая и безбожно накосячившая дурочка.

— …

— …

— … и-и?

— Я не мог так безответственно поступить по отношению к ней. Это ощущение должно остаться. Хотя бы на пару лет.

Через пару минут молчания меня немного потыкали в спину кулаком и лбом, а затем, после ужина, обокрали на полный бокал «доктора Пеппера», когда мы втроем смотрели телевизор. Однако, вслух Финола Бреннан ничего не сказала по теме уязвленной сестры.

Видимо, была согласна.

— Наша задумка не сработала, парень, — поделился со мной ценным наблюдением поправляющий свои знаменитые перчатки шериф, — Такие дела.

Прошло три дня, наполненных нервами и ожиданием. Первый был хуже всего, но под конец приехал установщик сигнализации, провозившись с ней в библиотеке до позднего вечера (мы с Боулдером расценивали этого парня как дополнительную поддержку на возможном поле боя), а затем было еще два дня относительного спокойствия, наполненного хрипом, хрюканьем и сопением здоровенного бульдога, который как-то умудрился вынудить меня сочинить ему лежанку.

А еще была скука. Приступив к разбору и переноске кадастровых архивных записей, я делал всё медленно и мучительно, вслушиваясь в каждый треск старого здания. Происходящее напрягало и раздражало. Видимо, не только меня.