Книга Призрак, страница 95 – Анастасия Пименова

Почему-то мысли тут же уводят меня в прошлое, к голосу мамы, которая обращалась ко мне с похожей серьёзностью, но всё же иначе, с теплом, которое ощущалось даже в строгих словах. Райан всегда говорил моё имя мягко, почти на выдохе, как и Эби, превращая его в нечто личное и безопасное. Аксель же предпочитал своё привычное «сестра» или «Джинни», вкладывая в это насмешку, привязанность или раздражение, в зависимости от настроения. А тут… Джин звучит, как отметка. Коротко, чётко, без лишних оттенков.

У меня точно такой же план, наверное, как и у остальных людей в… Где? В мире? Это происходит во всём мире?

— Выжить, — повторяю я тише, больше себе, чем ему. — Да, звучит как план. Примитивный, но рабочий. Ты ведь понимаешь, что это не навсегда? — спрашиваю я, сама не зная, зачем. — Лес, пещера, ловушки. Мир не останется таким. Либо станет хуже, либо… — я пожимаю плечами. — Либо всё это просто сожрёт нас рано или поздно.

Блейк молчит так долго, что я уже почти жалею, что задала вопрос. Вероятно, этот пойдет в список тех, что останутся без ответа.

— Навсегда ничего не бывает. Но и города не дают гарантий. Иллюзия контроля — да. Шумная, кровавая иллюзия.

Криво усмехаюсь больше от усталости, чем от иронии.

— Отлично. Значит, выбор между иллюзией и… пещерой.

— Между иллюзией и тишиной, — поправляет Блейк.

Я снова чувствую это странное ощущение, будто он знает, где я стою, даже не глядя. Будто слышит, как я смещаю вес с ноги на ногу, как вздыхаю, как сжимаю ремень сумки, которую взяла с собой, но лишь для того, чтобы воспользоваться зеркалом, что там есть. И нет, в пещере слишком темно, чтобы я там рылась.

И это пугает.

Вновь воцаряется тишина, но я буду не я, если не нарушу её первой, что и делаю через несколько минут кое-что вспоминая.

— Те люди, от которых ты меня спас, они говорили о газе. Людей в бункеры и в какие-то специальные защищенные города отвозили не просто так. Чтобы избавиться от безумных существ и от вируса, что, вероятно, есть в воздухе, собираются скидывать капсулы и через них выпускать газ, который должен всё это нейтрализовать или уничтожить, — сообщаю ему, прослеживая за тем, как у Блейка едва сдвигаются брови. Похоже, информация для него новая. — Я не знаю, когда именно, наверное, в ближайшие дни… и те люди считают, что газ опасен для людей, поэтому они собирали противогазы, маски, чтобы обезопасить себя. Я это всё говорю тебе для того, чтобы ты тоже подготовился. Если газ действительно вреден для людей и от него можно будет умереть, то… тебе нужно будет что-то такое найти, ведь оставаться здесь в таком случае опасно.

Всё-таки Блейк помог мне и будет неправильным хотя бы не предупредить его.

В этот раз киваю не я, а мужчина. При чем делает это так, словно точно знает, что я смотрю на него в этот момент.

Я не спрашиваю у него, как он собирается доставать маску или противогаз, как он… вообще собирается продолжать тут жить, если будет распылен газ. Не потому, что Блейк, с большей долей вероятности, не ответит, а потому, что дальше каждый из нас сам по себе. Да, я благодарна этому человеку, но не собираюсь ко всему списку проблем добавлять ещё и переживания о почти незнакомце.

Отвожу взгляд и вновь взглядом сканирую лес, но на чем-то конкретном не фокусируюсь, так как мыслями уже далеко отсюда.