Книга Призрак, страница 91 – Анастасия Пименова

Я ловлю себя на том, что задерживаю дыхание.

Возвращается прямо ко мне и присаживается на корточки напротив, движения плавные, выверенные, и ставит банку и кружку прямо на землю передо мной, аккуратно, так, чтобы я без труда до них дотянулась.

Металл тихо касается камня.

— Советую есть медленно, иначе всё выйдет обратно.

Я смотрю на еду, потом на его руки, потом снова на еду. Запах доходит не сразу, но когда доходит, то живот болезненно сжимается, напоминая, что страх страхом, а тело всё ещё живое, всё ещё требует своего. В голове шумит, мысли путаются, но сквозь всё это пробивается странное, непривычное ощущение… не безопасности, нет, а временной отсрочки. То, что остается за пределами этой пещеры… пока подождет. Выживание, безумные, те люди, всё на паузе, пока я здесь.

Сначала протягиваю руку и беру кружку, из которой выпиваю сразу половину из-за дикой сухости во рту. Сейчас это ощущается словно глоток воды посреди пустыни. Хотя откуда мне такое знать? Я никогда не была в пустыни.

Ем медленно, как он и сказал, заставляя себя не торопиться, хотя тело требует обратного. В банке оказывается что-то вроде тушёнки с фасолью. Жирное, соленое, с металлическим привкусом, но сейчас это почти божественно. Вилка царапает стенки, звук кажется слишком громким в этой пещерной тишине, и я ловлю себя на том, что почему-то замедляюсь, подстраиваясь под ритм места, где нахожусь.

Я не свожу с него взгляда.

Он уже отошёл на несколько шагов и сел на такое же покрывало, как у меня, прямо на землю, спиной к каменной стене.

Никакой суеты в движениях, никакого лишнего напряжения. Он сидит так, будто здесь его дом, что, собственно, пугает больше всего.

Отлично. Моё лицо чуть не засунули в капкан, а теперь я ужинаю у слепого лесного отшельника-убийцы. Осталось только узнать, ест ли он своих гостей.

Я продолжаю беззастенчиво его рассматривать, опять фокусируюсь на его руках, перчатках, почему-то они не дают мне покоя. Руки сильные, с выступающими сухожилиями, пальцы, несмотря на условия, достаточно чистые. Как и он весь сам. Какой-то неправильный из него отшельник.

В пещере слишком много деталей, предметов.

Как вообще можно выбратьэто?

Лес, ловушки, темнота, одиночество. И при всём этом… порядок.

Съедаю примерно половину и останавливаюсь, чувствуя, как желудок осторожно принимает еду, словно не до конца верит, что его не обманывают. Облизываю губы, чувствуя солёный привкус, и решаю, что если уж я здесь, то играть в молчанку плохая стратегия.

— Как тебя зовут? — задаю первый вопрос. Да, банальный. Вероятно, меня вообще не должно волновать, как его зовут, а больше тревожить собственное местоположение и ситуация, в которой я оказалась, но… я хочу знать его имя.

Он не отвечает сразу, не поворачивает голову, не меняет позы. Будто взвешивает, стоит ли вообще делиться таким пустяком, именно поэтому тишина затягивается.

Я уже почти собираюсь добавить что-нибудь язвительное, когда он всё же представляется:

— Блейк.

Киваю, снова по привычке, и возвращаю взгляд к банке.

— Меня зовут Джин.

От него не следует вообще никакой реакции. Ни «приятно познакомиться», ни кивка, ни даже вежливого хмыканья. Просто тишина, ровная и плотная, как стены этой пещеры.

Ну да, конечно. Человек, который живёт в подобном месте, расставляет ловушки, для кого именно, я так пока и не поняла, и спасает случайных девушек от капкана, явно не тот, кто будет обмениваться любезностями. Было бы странно ожидать от него «очень рад, заходите ещё».