Книга Дым над Берлином, страница 8 – Ориана Рамунно

Гуго перевел взгляд на парнишку. Светлые волосы, выбритые на висках, ерошил теплый ветерок. По-детски пухлые губы, цыплячья шея, острый кадык того и гляди прорвет тонкую кожу. Щеки, еще толком не знакомые с бритвой. Мальчишка, вступающий в жизнь в мертвом мире. Гуго прикусил язык, чтобы не ляпнуть лишнего.

— На вид вы очень молоды. Сколько вам лет?

— Двадцать четыре, герр Фишер.

— И все еще не на фронте?

— Я уже там побывал. – Лукас показал на свою повязку. – После ранения меня отправили домой, потому что все мои братья убиты. Вот кончится война, и поступлю в уголовную полицию, мечтаю стать следователем.

— Так себе профессия, между нами говоря.

— Тогда почему же вы этим занимаетесь?

Гуго не ответил. Что тут сказать? Что он лучше понимает мертвецов, чем живых? Что только среди трупов находит силы жить дальше, принимая болезнь, разъедающую его мозг? Или что это его способ разогнать призраков прошлого и очистить совесть?

— Платят много, – буркнул он.

— Как по-моему, звучит отлично.

Они приближались к излучине Хафеля. Лукас молча свернул на дорогу вдоль берега озера Ванзее и вскоре остановился у одной из небольших вилл, утопавших в зелени: Колония Альзен, маленький рай на земле. Никаких черных стен и воронок от бомб. Пока, во всяком случае. Лишь плеск воды да трели птиц в густых кронах. Воздух напоен ароматом цветущих деревьев. Словом, райские кущи рядом с преисподней.

— Приехали. – Молодой полицейский заглушил мотор. – Я подожду вас в машине, потом отвезу обратно.

— Значит, мечтаете о карьере следователя? – Гуго взял трость и выкарабкался из автомобиля. – Тогда идите со мной. Научу вас кое-чему.

— Шутите, герр Фишер?

— Я могу передумать, так что советую поторопиться.

Парень пулей выскочил из «мерседеса» и порысил за Гуго.

Артур Небе ждал на пороге виллы. Знаки различия СС на его кителе серебрились в утренних лучах. Он поприветствовал Гуго кивком. Наполовину скрытые козырьком фуражки глаза смотрели тяжело. Так смотрит человек, желающий оказаться в другом месте и в другое время. Подойдя ближе, Гуго заметил других полицейских, нервно курящих в углу двора. Они о чем-то тихо разговаривали, покачивая головами.

— Извини, что пришлось поднять тебя в такую рань, но это было необходимо. – Небе положил руку ему на плечо – доверие, которого удостаивались немногие.

— Я уже не спал. Что случилось?

— Да ничего хорошего. Вайдты мертвы. Все строго секретно, сам, надеюсь, понимаешь…

В дверях виллы показались два судмедэксперта. За ними выкатили две каталки, накрытые простынями. Гуго снова расстегнул пуговицу на воротничке рубашки, молясь, чтобы первитин не взбудоражил его сильнее положенного. Неужели нужно настолько сохранять эту историю в секрете, что ему даже не полагается видеть тела на месте преступления?

— И что это значит? – спросил он. – Вызываете меня для расследования, а сами убираете улики?

— Да что ты несешь, Фишер? Абсолютно все сфотографировано, сможешь спокойно изучить детали. На вскрытии тебе будет ассистировать Келлер. Пойми, мне нужно было подготовить дом к приезду прессы…

— Я работаю не так.

Небе изобразил улыбку, от которой его нос сделался похожим на орлиный клюв, занесенный для удара:

— В Аушвице тебе пришлось работать в куда худших условиях, если не ошибаюсь.