Книга Тени Гонконга, страница 114 – Кристен Лэш

— Но иногда мне бывает страшно, – говорит он. – Очень страшно.

Гонконг, сентябрь 1953 года

ПЯТЫЙ СЕАНС

У госпожи Лау галлюцинации. Как у Пен и Сесилии перед смертью, а может, и у Делии. Но прежде, чем Мей успевает привести ее в чувство, госпожа Лау разворачивается и бежит к лестнице. Вскоре она уже спешит вниз по ступеням, но ее зловещие слова будто бы остались тут, наверху. «Я – это она, правда? Я призрак…» Но Холли и Джейми едва обратили на это внимание. Они все еще стоят у зеркала, только теперь скандалят по поводу Джорджа. Про то, когда и где его видели последний раз. Про то, какой он уже был слабый и беспомощный, со спутанным сознанием, близкий к смерти. Про то, следовало ли Холли нанять ему круглосуточную сиделку. Про то, следовало ли хорошему азиатскому сыну приехать самому сидеть с отцом круглые сутки. Они явно способны выяснять отношения еще много месяцев – слишком долго сдерживались, и теперь, когда рядом нет Джорджа, который их заставлял это делать, эмоции вырвались наружу.

У Мей мысли рассыпаются во все стороны, будто стеклянные шарики.

— Госпожа Лау, – говорит она так громко, как только может, и они смотрят на нее. – Я думаю, следующая умрет госпожа Лау.

Холли спускается вниз осторожно, держит свечу повыше и зовет госпожу Лау. Мей цепляется за стены. Тебе больше не семь лет. Ты можешь справиться с темнотой. Можешь справиться со злом. Ничего не получается. Она пробует подумать о чем-то еще. Например: смогла бы она убить человека с помутившимся сознанием? Если бы Джордж ее не узнал – была бы это месть? Если бы не помнил, кто он такой, не помнил ничего, что делал, – кого бы она тогда убила?

Лестница ведет не прямо вниз. Она делает резкий поворот, за которым ступени погружаются во тьму.

— Идите, – говорит Джейми. – Я за вами.

Мей могла бы сама пойти к Джорджу в сиделки. В такой ситуации убить его было бы очень легко, но когда она это себе представляет, то видит, как она много дней читает ему вслух, каждый день по нескольку часов – наконец их роли поменялись. Как он просит у нее еще одну главу и она соглашается. Как он хочет узнать, чем все кончится, а ей грустно, потому что она знает, что конец близок. Да, у тебя получается, Мей, у тебя получается… Мей спустилась по лестнице до самого низа, до самой нижней ступеньки, до самого дна, и тут, на этом уровне, в этой части себя Мей наконец осознает, что это не Джорджа она винила, не Джорджа хотела наказать.

Достаточно посмотреть, как она жила эти пять лет.

Она наказывала себя.

Ничего страшного, что ты его любила.

Все нормально.

Ты достаточно долго просидела в зале почитания предков, Мей.

— Где Джеймс? – кисло интересуется Холли, когда Мей спускается с лестницы и входит в пустую комнату, наполненную смрадом смерти. В углу тело Делии – в точности как его описал Джейми, – а в другом углу стоит на коленях госпожа Лау. Она похожа на больного зверя: пытается содрать с себя ожерелье и бормочет себе под нос: «Я призрак, я призрак».

— Джейми? Он прямо…

Мей поворачивается и смотрит вверх. Наверху она видит только черноту.

Где он?

— Где он? – требовательно спрашивает Холли.

— Я не…

Они слышат громкий стук и крик. Что-то насчет двери. Здесь дверь? Какая еще дверь? За зеркалом не было двери, только проход на лестницу. Или, по крайней мере, Мей не заметила двери. Но она специально старалась особо не приглядываться. Холли отталкивает Мей и спешит обратно вверх по ступеням.