Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 72 – Софья Ролдугина

«А с Данькой я рассорился».

— Ну как, дедушка? – заискивающе спросил рыжий пацанёнок, оттеснив друга от прилавка. – Получится починить?

— Вполне, – ответил Аслан, мотнув головой, чтобы отогнать неприятные мысли, и потянулся за сапожным крючком и нейлоновой прочной нитью. – Тут дел-то… Начать да и закончить. Прошито было льняной нитью, а она недолговечная, гниёт, вот подошва и оторвалась. Синтетику надо брать, она прочней, надёжнее.

«А лучше всего – новые ботинки купить, чтоб ты себе этой дрянью ноги не портил», – добавил он мысленно. Но оглядел паренька, особо задержав взгляд на куртке не по размеру и заштопанных великоватых штанах, и промолчал.

И принялся шить.

Обувь на детскую ногу маленькая и зачастую более хлипкая, чем взрослая. Аслан обтёр ботинок салфеткой, вытащил стельку, примерился… А дальше работа пошла легко. Знай себе протаскивай нитку крючком, а потом затягивай посильней. Это девчонке со слабыми руками непосильно, а такому, как Аслан, – не сложней, чем крестом вышивать. Не прошло и получаса, как он вернул ботинок мальцу и сказал:

— Готово. – А потом всё же добавил наставительно: – Но учти, такая колодка ноге вредит. Её никакими стельками не исправишь. Обувь должна быть хорошая. Плохая долго не прослужит, как её ни шей, и здоровье попортит. А его смолоду беречь надо.

Мальчишка забрал ботинок с таким трепетом, словно это было сокровище, и горячо закивал. А потом помялся, помялся и спросил:

— Дедушка, так сколько с меня?

Аслан глянул ещё раз на его штопаные штаны, на старые дешёвые ботинки… И назвал цену втрое ниже обычного.

Не угадал.

Мальчишка покраснел до ушей, насупился и полез в ранец, явно оттягивая момент расплаты. А рыжий его приятель, заметив это, выгреб из кармана несколько смятых купюр – навскидку выходило, что слегка побольше названной цены – и, вытянувшись на мысках, шлёпнул на прилавок.

— Дед, возьми! Сдачу не надо! Матвей, дурак, убери! Потом отдашь! Нет, это тебе на день рождения!

— Так он весной…

— Ну и что! И вообще, мы в школу опаздываем, давай, давай… Спасибо, дед! – махнул рыжий рукой и заулыбался. – Я за тебя на Дельфиньем камне постою! Всё самое лучшее для тебя загадаю!

Аслан сурово нахмурился:

— В твоём возрасте об учёбе думать надо, а не завиральные байки пересказывать.

Мальчишка не обратил внимания на его ворчание, только снова помахал в ответ и дал дёру по улице. Друг в зашитом ботинке, Матвей побежал за ним; и остальные приятели тоже. Аслан остался один – так и застыл, почти беззвучно шевеля губами и против воли вспоминая побасёнку про Дельфиний камень.

Рассказывала её, конечно, Ольга, кто ж ещё.

…Есть на диком пляже за санаторием удлинённый валун, наполовину скрытый песком. Иссиня-серый, гладкий, как спина афалины! И если встать на него во время прилива, когда наступают волны, повернуться к солнцу лицом и от всей души загадать желание, то оно непременно исполнится.

Вот только для себя загадывать ничего нельзя.

Никогда Аслан бы не признался, что ходил искать этот камень. Не затем, чтоб что-то у него просить… Просто ощущал странную, необъяснимую нужду прикоснуться к чуду. Пусть даже и такому, невзаправдашнему.

— Хозяин, подмётку приклеишь?

Вопрос прозвучал внезапно, как гром с ясного неба. Аслан мысленно себя отругал: надо же, снова отвлёкся, мол, старый, а туда же – в облаках витать… Впрочем, когда одни и те же заказы повторяются изо дня в день, немудрено и вовсе заснуть на посту. Когда-то давно, в ученичестве ещё, Аслан воротил нос от подобной мелкой работы и умничал: мол, охотник должен бить оленя и кабана, а не мышей добывать. Наставник, хмурый старик, скрюченный в три погибели, улыбался и возражал, что не в каждом лесу водятся олени. И неизменно добавлял: «Есть захочешь – и мышью не побрезгуешь».