Книга Дочка и отец-одиночка, страница 24 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Это правда, но я не крала телефон, мне его дал Миша, чтобы я позвонила тебе, а меня заметила воспитательница, опять хотела запереть и я сбежала. Они мне не верят, - опускает она голову. - А ты?

— Я всегда тебе верю. Как ты думаешь, где Миша взял телефон? - продолжаю расследовать это странное дело.

— Не знаю, - Тося пожимает плечами. - Глупые дети всегда делают гадости, чтобы я сидела наказанная.

— Давай договоримся с тобой: если в следующий раз такое случится…

— Не случится. Я надаю по голове этому дурачку и все, - фыркает маленькая хулиганка.

— Нет, - останавливаю её. - Людей бить нельзя.

— Жалко, - вздыхает Тося.

Если вспомнить Метелина, то я согласна с утверждением малышки, но всё же я должна воспитывать ее правильно.

— Тось, людей бить нельзя. Нужно немедленно позвать взрослых и рассказать, что случилось, а взрослые смогут разобраться в ситуации и тогда никого не накажут, - кошусь на Ильмиру Исмаиловну.

— Все равно накажут. Меня всегда наказывают, - упрямится Тося.

— Пообещай мне, что будешь делать так, как я тебе сказала, - прошу крестницу.

— Ладно, - сдается она, - обещаю.

— Умница, - целую ее в лобик. - Мне нужно уехать. Я должна решить наши с тобой проблемы.

— Когда уже ты меня заберешь? - дует губки малышка.

— Надеюсь, что скоро, - отвожу взгляд.

Мы обнимаемся с ней, а затем её уводят в группу, а я сухо прощаюсь с Ильмирой Исмаиловной и пока иду по коридору детского дома, вызываю такси и заказываю ужин для Виталика. Он не любит, когда я готовлю еду, поэтому у нас ресторанная, или от его мамы. Вот ее он просто обожает. Это избавляет меня от проблемы с готовкой и освобождает время для других дел.

Дома накрываю стол, зажигаю свечи, думая о хорошем, ведь если официально отца у Тоси нет, то.…

Щелкает дверной замок. Виталик входит в прихожую и ставит свой портфель на узкий комод. Это своеобразный ритуал, узнаю его по звуку.

— У нас праздник? - Замечает на мне вечернее платье в пол с россыпью блесток-искорок по всему силуэту.

— Да. Я узнала, что у Кирилла оказывается нет прав на нашу Тосю. Представляешь? Ему не надо писать никакой отказ. И теперь мы спокойно можем начать процедуру удочерения, - воодушевленно рассказываю ему.

Лицо жениха странным образом меняется. Он улыбается мне, а брови хмурые и глаза колючие, будто его эта новость совершенно не радует.

Такси несется по городу в сторону гостиницы, где я живу. Сижу на заднем сидении, стиснув зубы так, что в висках пульсирует. Руки сжаты в кулаки, но я почти не чувствую боли. Всё внутри кипит, как в раскаленном котле.

— Твою мать! - вырывается само собой.

Водитель вздрагивает, мельком смотрит в зеркало, но молчит. Умный мужик. Сейчас мне лучше не перечить.

В кармане жужжит телефон. Резко вытаскиваю его - «Лёха». Сослуживец. Почти что друг, но я не готов к разговорам. С силой тыкаю в экран, сбрасывая вызов.

Опускаю стекло, холодный ветер бьет в лицо, но не гасит жар в груди. Горло сжато, как будто кто-то душит меня изнутри.

— Можешь побыстрее? - бросаю таксисту, даже не пытаясь скрыть раздражение.

Он молча кивает, двигатель взвывает, и машина рвется вперед. Хочется быстрее оказаться в номере, наедине со своими мыслями.

Вхожу в номер и бросаю ключ-карту на тумбу.

— Вот же овца! - рычу себе под нос.