Книга Развод. Больше никто мы, страница 49 – Юля Шеффер

— Нам? — уточняет дочь и переводит взгляд на меня.

Вот же… Чувствую, как дергается нерв на скуле.

Ну нафига ты полезла с лобызаниями, Лола?! Сейчас еще с дочерью проблем огребу. Мало мне...

Лола замечает это тоже, но, в отличие от меня, не тупит, а сразу включается в диалог.

— Вам, конечно! Мне ваша мама звонила, сказала, что вы грустите. И я сразу примчалась. Идем, выберем, во что будем играть, — подмигивает, делая вид, что не замечает косого взгляда Наташи. — А Ариша уже умеет в ходилки?

Наташа слегка склоняет голову, словно оценивает Лолу еще раз, но потом улыбается.

— Ей нужно помогать, но да, умеет, — и они скрываются за дверью деткой.

Я выдыхаю — пронесло, — и иду на кухню. От стресса у меня всегда просыпается волчий аппетит, и я делаю себе бутерброд с кофе — моя обычная еда теперь, — и зависаю над кружкой, привалившись спиной к стене, пока Лола не выходит из детской.

— Мой тигр, кажется, проголодался? — мурлычет Лола, входя.

Выглядит чертовски волнующе и соблазнительно. Как всегда. Идет ко мне своей секси походкой, но вдруг останавливается.

Резко, как в стену врезается.

— Что это?! — ее голос скачет вверх.

Я хмурюсь, не понимая.

— Что это за срач? Это вы втроем за неделю сделали?! Ну вы таланты…

Она медленно осматривает кухню, и я вдруг вижу всё ее глазами: гора грязной посуды в раковине и на столешнице рядом — в сушилке, кажется, уже не осталось чистой. Кружку для кофе мне пришлось мыть. На грязной, в жирных пятнах, плите в кастрюле пригоревшая каша, мусорное ведро доверху набито и, наверное, воняет — я не чувствую.

Милое личико Лолиты быстро принимает брезгливое выражение.

— Да у вас уже, наверное, тараканы завелись! Это же ужас, Гордей! — она вздрагивает и передергивает плечами, и у меня внутри что-то лопается.

Видимо, терпение.

Я резко проглатываю откусанный кусок бутерброда, кидаю недоеденный кусок на стол и впиваюсь в нее взглядом.

— Не нравятся тараканы? Так приберись. Ты обещала помогать, но кинула меня тут одного, сославшись на занятость. Меня жизнь не готовился к тому, чтобы вмиг стать бабой. Я мужик, и делал по максимуму все, что могу!

Она хлопает глазами, но я уже разворачиваюсь и сваливаю с кухни. Хлопаю дверью спальни и застываю у окна — достало все!

Я обещал себе, что ни за что не стану просить помощи у Марьяны, не признаюсь, что не справляюсь, что все выдержу, но в эту секунду я на грани того, чтобы сдаться и позвонить ей.

Лола входит следом за мной почти сразу. Молча подходит ко мне, обнимает со спины, потом встает спереди, тянется к губам.

— Прости, — шепчет.

Не отвечаю и не реагирую — злость еще кипит внутри. Нужно или дать ей выход — нельзя, или ждать, когда стухнет.

— Я не знала, что ты один. Думала, ты нанял помощницу, — пытается оправдаться.

Фыркаю:

— Это не так просто. На квалифицированную прислугу очередь как в Мавзолей, а пустить в дом кого-то с улицы я не могу. У меня дети.

Лола смотрит на меня с каким-то странным выражением. Отводит взгляд, но потом вновь преданно смотрит в глаза.

— Зря ты не сказал мне сразу, — упрекает без нажима. — Я бы приехала, наплевала на учебу. Я все приберу, коть. Ты поможешь? — целует меня еще раз. И еще. — Там же не только кухня.

Она тактично замолкает, не упоминая полную корзину грязного белья в ванной и бардак в комнатах.