Книга Развод в 44. Я отомщу, страница 20 – Юля Шеффер

Пара шагов по короткому коридорчику, и я вижу ее.

Эльвиру.

Стоящую на коленях на кровати в одном черно-красном кружевном белье и черных чулках.

При виде меня глаза ее чуть расширяются от неожиданности, но… в них ни грамма испуга. Или стеснения.

Она не вскрикивает, не пытается прикрыться или спрятаться от меня — мое появление для нее не повод для паники, — лишь дергает бровями и смотрит на меня в упор. Как будто вызывающе и с усмешкой на губах.

Конечно, она узнала меня.

И, конечно, ей плевать.

И тогда я перевожу взгляд на Андрея.

— Это опять не то, что я подумала? — спрашиваю ровно, но голос противно скрежещет.

Андрей не торопится отвечать. Медленно выдыхает, как будто ищет слова, но тоже, как и его полураздетая «бизнес-парнерша», не выглядит застигнутым врасплох.

молчит.

Несколько секунд просто смотрит на меня, словно размышляя, как поступить. Затем медленно качает головой, как будто я — неумная девочка, которая снова устроила истерику на ровном месте.

— Ксения, — наконец произносит он устало.

И я знаю этот тон. Снисходительный, тяжелый, как будто я — неприятная, но неизбежная помеха в его жизни. Как зубная боль.

— Что ты тут устроила?

Я усмехаюсь.

— Что я устроила?

— Перестань, Ксеня. Не веди себя как… — он морщится, подбирая подходящее для моего возмутительного поведения определение.

— Продолжай, Андрей, не стесняйся. Как кто?

— Как неразумная женщина, которая не понимает, что для мужчины иметь любовницу — нормально.

— Ах, нормально… — улыбаюсь я максимально широко, хотя на самом деле внутри у меня все закипает и мне хочется заорать от такой «нормальности».

— Да, любимая, нормально. Это… разрядка. Мне это нужно иногда. И это совершенно ничего не значит, Ксю!

Он делает шаг вперед, протягивает руки, словно хочет меня успокоить. А у меня темнеет в глазах.

Я на секунду зажмуриваюсь, чтобы снова нормально видеть.

— Разрядка?! — выдыхаю я, потому что голос мне отказывает. — Это, — тычу пальцем в голозадую фитнес-инструкторшу, — ты называешь разрядкой?

Но ответить он не успевает, его опережает Эльвира.

— Эту он называет любимой женщиной, — произносит дерзко и, спустив ноги с кровати, встает, нахально выставив бедро. — Ты же понимаешь, что уже давно ей не являешься? Андрей не уходит от тебя просто потому, что ты ему удобна. Он к тебе привык, как к старой застиранной пижаме — уже сто лет не носишь, но и выбросить рука не поднимается.

Я замираю.

Эта… эта профессионалка смеет обращаться ко мне?!

— Эльвира, прекрати! — цедит сквозь зубы Андрей, стреляя в нее глазами.

Но нахалка даже не думает останавливаться.

— Тебя удивляет, что твой муж со мной? — прищурившись, скользит по мне оценивающе-неодобрительным взглядом. — Ну а с кем ему быть? Ты уже старая. Бедра у тебя наверняка дряблые, грудь обвисла, кожа сморщилась, и в постели не зажигаешь.

От ее выпада у меня перехватывает дыхание. Воздух просто застревает в горле. В ушах звенит, а в глазах вспышки от ярости.

Но я не покажу ей, как задели меня ее слова.

Игнорируя мужа и то, что он говорит — не поняла даже, мне или ей, — я медленно поворачиваюсь к ней и холодно улыбаюсь.

— Кроме дряблой груди и бедер у меня еще немало достоинств, а вот тебе, кроме них, рассчитывать явно не на что, — мурлычу я с таким сочувствием, что сама себе верю. — Вот и приходится раздвигать ноги по первому требованию любого, кто достаточно глуп, чтобы на них позариться.