Книга Развод. Нас не вернешь, страница 10 – Юля Шеффер

Все годы, что мы были в браке, он обещал меня научить, но едва не утопил своими действиями.

Я не знаю, как я выжила в те дни, но я выжила и не позволю Антону вернуться и вернуть меня в тот период обратно.

Не позволю!

Но уже позволяю, если продолжаю думать о нем в ущерб себе и своему сну.

А мне, как всегда рано вставать, собирать дочь в школу, отвозить и потом мчаться на работу через пол-Москвы. Но здравая мысль меня не впечатляет и не задерживается, ее быстро затирают новые раздражающие мысли о Воронцове.

Чтобы прогнать их, встаю и иду на кухню, чтобы выпить воды. Даже задумываюсь, а не принять ли мне успокоительное. Слабенькое, не какие-нибудь транквилизаторы, просто чтобы помочь себе уснуть. Типа валерьянки или других каких травок. Но пока колеблюсь, телефон, который на автомате таскаю везде с собой, вибрирует.

Удивленно поднимаю его к лицу, снимаю блокировку и застываю, уставившись в экран — на нем сообщение от бывшего мужа.

Теперь его чат без фотографии — я убрала ее сразу же после его звонка.

Никаких больше поцелуев с ним, даже на фото.

Провожу пальцем по экрану — сообщение открывается, но все остальное во мне сжимается от неконтролируемого страха.

«Знаю, что тебе нужно время подумать, не тороплю. Но я хочу увидеть дочь».

И снова эти мысли по кругу.

Но теперь к ним примешиваются другие — о Таюше. О ее реакции, ее чувствах, ее ожиданиях… Ведь он же может снова ее обмануть — появиться и… растаять в тумане. Это если он не задумал какой-то другой подлости…

Беспокойство за дочь достигает какие-то космических объемов.

Как отнесется моя малышка к возращению ее блудного папочки? Обрадуется, что он, наконец-то, вспомнил о ней, или, как я, лишь заново испытает боль его подлого предательства?

Я хорошо помню — словно это было только вчера, — как она страдала, как горько плакала, когда ее любимый папа уселся перед ней на корточки, и заглядывая в большие, полные доверия и обожания глаза, сказал, что больше не может с ней жить. Не сможет часто приезжать.

— Я остаюсь твоим папой, моя любимка, но сейчас мне нужно уехать. Я не знаю, когда приеду в следующий раз. Но мы с тобой будем созваниваться по видеосвязи. Как и раньше, когда я уезжал в командировки. Ты же будешь мне звонить?

— Буду. А когда ты приедешь?

— Я не знаю, любимая. Как только смогу.

— А это скоро?

— Я буду стараться приехать как можно быстрее. Очень-очень стараться.

— А на мой день рождения приедешь? Мне уже будет семь!

— Обязательно, — горячо пообещал Антон и подставил ей ладонь «дай пять».

Таюшка ударила по ней со слезами на глазах. Но это были слезы надежды.

Которые рухнули…

И когда она рыдала, не желая выходить из комнаты на свой седьмой день рождения, потому что папа не приехал, это были уже совсем другие слезы. Обиды, разочарования, непонимания.

— Папа обещал! Он не может меня обмануть! Он никогда, никогда меня не обманывал! — кричала она и била кулаками по мокрой от слез подушке.

А я поглаживала ее по плечу, по завитым модно и красиво уложенным волосам — прическу она тоже делала ради папы. Хотела, чтобы он заметил и был восхищен.

Я сомневалась, что Антон приедет, потому что он не отвечал на мои сообщения, и все же не смогла лишить ребенка надежды. Пусть и ложной.