Книга После измены. Вам меня не сломать, страница 46 – Юля Шеффер

Слава считал меня женой по умолчанию. Той, что проглотит, промолчит и снова слепо поверит. Да как бы не так.

— Я в самолете, связь плохая, буду поздно, — прилетает СМС от него. А я стою за стеклом аэропортового кафе и снимаю, как он целует руки другой женщины.

Что ж, капитан Ребров.

Тест на неверность провален. А твое приземление будет жестким.

— Мама, мы не опоздаем? — нетерпеливо дергает меня за руку Настюша, наше пятилетнее чудо.

Сегодня она в первый раз идет с нами — родителями, сестрой и братом — на “Щелкунчика”. Как взрослая. Как большая.

А у меня замирает сердце — когда, ну, вот когда, она успела так вырасти?

Предновогоднее посещение Большого театра стало нашей первой семейной традицией — самой волшебной. Пятнадцать лет назад мы сделали это с Мишей в первый раз, и теперь каждый год именно здесь для нашей семьи начинается маленькое новогоднее чудо.

— Нет, не опоздаем, — успокаиваю волнующуюся малышку и даю ей ответственное поручение, чтобы отвлечь от переживаний. — Проверь, как там Матвей и Маша? Уже готовы?

И маленький ураган Настюша тут же уносится на второй этаж нашего большого дома.

Маше уже двенадцать с половиной, Матвею — восемь.

Как быстро летит время!

Кажется, только недавно была наша с Мишей свадьба, волнения, что первая беременность никак не наступает, а сейчас у нас уже трое весьма самостоятельных детей. С Мишиным характером. И удивительно похожие и на меня, и на него внешне. И самые любимые. Все, трое.

— Пап, может передумаешь и поедешь с нами? — в этом году он решил остаться дома и не идти на балет. Возраст, конечно, сказывается на его активности, но папа держится бодрячком для своих лет.

— Нет, дочь, я вас здесь подожду, — и привычно похлопывает ладонью по широкому подлокотнику своего большого кресла.

Это его любимое место для отдыха и чтения.

Почти шесть лет папа живет с нами. В Подмосковье. Он переехал почти сразу после похорон мамы, не смог оставаться ни в той квартире, ни в том городе, где они были вместе, где все напоминало о маме. И мне кажется, что лишь смена обстановки и ежедневное общение с Машей и Матвеем помогли ему вернуться к жизни. А окончательную точку в этом поставило рождение Настюши.

Нет, папа не бросил Олежку, который стал уже совсем взрослым и в этом году получил паспорт. Они часто перезваниваются (хвала видеозвонкам!), и каждый год папа приезжает к нему на пару недель, когда навещает мамину могилу летом. Парень растет башковитым и с хорошими перспективами. Но без матери и женской ласки, и кажется, уже привык к этому.

Мне не сразу сказали, что Аглая оформила официальный отказ от сына. Заявила, что она выросла без матери, и он вырастет как-нибудь…

А я так и не могу свыкнуться с тем, что мамы уже нет с нами. Мне порой так не хватает ее. Той, какой она была в моем детстве — с доброй улыбкой, нежными руками и взглядом, светящимся любовью. Ко мне. И я верю, что где-то в глубине своего сердца она любила меня, как умела и как могла.

И иногда я думаю, что все случившееся с нами было нужно, чтобы я стала другой мамой для своих детей. Не такой, как моя. Мамой, которая любит их безусловно, не разделяя братьев и сестер и не делая выбор между ними. Мамой, чью любовь и поддержку они чувствуют и будут чувствовать всегда, в любой ситуации, просто потому что я — мама.