Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 16 – Дора Шабанн

Странно, но когда я пыталась впихнуться в открытую для меня дверь модной гоночной тачки одного из главных понторезов «Военмеха», было такое ощущение, словно у меня между лопатками бродит прицел.

Оглянулась, но никого не увидела.

Значит, показалось.

Старая стала, мнительная.

'Осень, в небе жгут корабли,

Осень, мне бы прочь от земли.

Там, где в море тонет печаль,

Осень тёмная даль…'

Ю. Шевчук «Что такое осень»

Нонна

Это оказалось ужасно.

Мне мечталось, ну, хотелось… я… ждала.

И нет.

Не сложилось.

Когда Андрей в пятницу написал: «Сегодня вечером похищаю тебя», так обрадовалась.

Подумала, что вдруг ошибалась до этого? Насчет нас.

Озадачила Кира, доверила ему Лару, ну, родительских наставлений добавила, конечно. И ждала мужа.

А в итоге что?

Увы, оказалась я очень расстроена, разочарована. И отдых за городом впервые не принёс мне никакой радости.

Результаты всех анализов, которые я сдавала, пришли поздно вечером в пятницу и были на границе. То есть по ним ничего нельзя было сказать определённого. Врач в письме, прилагавшемся к анализам, назначил прием на вечер вторника.

Опять все планы летят к межпланетным демонам.

И определенности нет. Нервничать еще четыре дня.

Глядя на сердитую меня, нахмурился и Андрей.

Да, атмосфера свидания не задалась сразу.

Когда мы приехали в маленький коттедж типа А-фрейм, которые раньше очень любили за компактность и удобство, мне уже было так плохо, что я не рискнула забираться наверх и легла в гостиной. На диване. Поближе к туалету, чтобы недалеко бежать в случае чего.

Сил не было. И в эти выходные я просто «лежа лежала».

— Вот так и сбываются мечты юности. Отвратительное ощущение. И вообще паршиво, и мечты теперь нет, — пробубнила себе под нос, когда Андрей отправился на улицу жарить на углях мясо, оставив меня хандрить в гостиной перед телевизором.

На душе было очень тревожно, не спалось. Поэтому половину ночей я провела, делая рабочие записи в тетради, потому как все гаджеты муж у меня отобрал.

Мрачный Андрей спал под крышей, особо много времени проводить со мной не желал, и я с каждым часом убеждалась в том, что, увы и ах, но была права.

И вероятно, в нашей истории не за горами финал.

Да, я прекрасно его понимала и тихо шептала в ночи, глядя на темноту за окном:

— Старая, больная трудоголичка с проблемами на работе, женщина, которая практически не занимается домом, чей ребёнок отдан на воспитание в сад — ну, кому она такая нужна?

От этого во рту горчило.

Андрей, вероятно, тоже чувствовал бессмысленность нашего выезда, поэтому за воскресным обедом в местном кафе скупо обронил:

— Сегодня возвращаемся.

Возражать не стала. Молча кивнула, прикусив губу, чтобы не расплакаться.

А вернувшись в город, дома мы застали Адель Варисовну и ужасные новости.

— Мам, Клара вроде норм. Сегодня спала хорошо, ест, как всегда, хулиганит и всех строит, так что, будто бы обошлось, — настороженно на меня поглядывая, отчитывался сын.

Не в состоянии была сказать ни слова, только кивала, вцепившись в дочь, понимая в ужасе, что пока упивалась жалостью к себе, могла лишиться своего потрясающего, бесценного, чудесного ребёнка.

Да, малышка Клара далась мне тяжело. До сих пор было ужасно страшно при одной только мысли о возможном повторении всего того прошлого кошмара, но, несмотря ни на что, дочь свою я любила очень сильно.