Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 88 – Джо Томас

— Не может быть!

— Может!

— Агент по продаже скотного рынка не против? – Мэй хочет подтверждения. Мы снова все вместе, будто никто никуда не уходил. За ночь поля покрылись снегом, но все приехали, потому что новости действительно важные. – Но почему? Она ведь хотела, чтобы мы уехали. Поменяла замки на воротах.

— Ну что ж, – я иду к столу, наливаю себе чашку чая, – похоже, она передумала. – И с этими словами я демонстрирую всем новенький блестящий ключ.

Мэй восхищенно ахает.

— Расскажи нам! – взволнованно просит она. В окно на кухне она наблюдает за сыновьями, которые играют в снежки с Дэви. Все трое явно счастливы до невозможности.

— Я сразу ее узнала, как только увидела. Вообще-то сначала я узнала собак. Помните, она с ними пришла на рынок и сказала, что Джесс нужно держать на поводке? Саму Дебору Аткинс я вспомнила не сразу. Это папина соседка. Она снимает коттедж рядом с нашим. Ее собаки носились по дедушкиному полю и пугали овец.

— И что? – спрашивает Мэй, прижимая чашку к груди.

— Это те самые собаки, которых я сняла на видео в день, когда мы опоздали на встречу в кафе и к нему пришли слесари.

— И что?

— Ну я просто предположила, что, возможно, ее начальству не понравится видео с ее собаками на чужом поле, учитывая, что оно хочет привлечь клиентов, а не распугать. Я посоветовала ей наладить хорошие отношения с местным населением. Мне ли не знать, как соцсети здесь могут повлиять на хорошие отношения. Я знаю и то, как они могут подпортить карьеру. – Я чувствую, что с моих плеч свалился тяжкий груз теперь, когда я знаю, что не уеду отсюда ни в отель, ни в Сиэтл. Я здесь, пока могу, и мне нужно постараться, чтобы все получилось.

— Значит, ты ее шантажировала? – спрашивает Мифанви.

— Ну я бы так не сказала… Хотя в каком-то смысле да. Я сообщила ей, что, если она не позволит нам провести ночь на скотном рынке, я отправлю это видео ее начальству, и пусть увидят, что она вытворяет.

— Ты чертов гений! – восклицает папа.

— И мы договорились? – спрашивает Мэй.

— Договорились!

— А-а-а-а-а! – кричит она. – И когда?

— Ну, Рождество уже близко, – пожимаю плечами я. – Может, после него, перед Новым годом?

— Или на сам Новый год, – предлагает Эви, измеряя папе давление.

Сердце замирает. У меня в голове звучит папин голос и голос Лью. Они верят в меня.

Я обвожу глазами собравшихся.

— Или… может, устроим рождественский пир? Чтобы люди пришли туда перед праздником, поужинали вместе, обменялись подарками…

— Спели рождественские гимны! – Папа явно во всеоружии, и теперь я наконец вижу, что он совсем здоров.

— У нас очень мало времени, – неуверенно замечает Мэй. – Откуда нам знать, что люди придут? Они ведь сейчас готовятся к Рождеству.

— Нам именно это и нужно – немного рождественского настроения! В городе его не было уже давно, – говорит Эви.

— В этом и заключается особенность соцсетей, – подчеркиваю я. – Мы живем настоящим. Все происходит мгновенно. Посмотрите, что случилось, когда мы проводили прямую трансляцию. Пришли все, кто захотел принять в этом участие.

— Я в деле! – Мэй стучит кружкой по столу.

— Я рад помочь, – говорит Оуэн. – Это избавит меня от мыслей об очередном Рождестве без дочек.

Эви ласково касается его руки.

— И я к вашим услугам, – добавляет Мифанви, глядя на папу. Я вижу, что связь между ними становится все сильнее.