Книга Туман. Непокорная для бандита, страница 32 – Лина Мак

— Так интересно смотреть на своё отражение, только с охуенными сиськами и ароматом дикой страсти, — последнее он добавляет уже низким голосом, а потом слишком резко и неожиданно запускает руку мне в волосы на затылке, фиксируя, и впивается в губы поцелуем.

Я не готова к этому!

Его губы требовательные, жёсткие, не оставляющие выбора. Он целует так, будто забирает что-то своё. Будто имеет на это право. А я стою и не могу двинуться. Не из-за его руки в волосах. Не из-за того, что он прижал меня к себе так, что между нами не осталось воздуха.

Из-за того, что моё тело предаёт меня. Снова! Оно откликается на каждое движение его губ. На каждое прикосновение. На его запах, который сводит с ума. На тепло, которое обжигает сквозь одежду.

«Нет. Нет, нет, нет!»

Но руки сами впиваются в его плечи. Не отталкивают, а притягивают. И я ненавижу себя за это ещё больше, чем ненавижу его.

Туман отстраняется первым. Смотрит на меня тяжёлым взглядом. Дышит неровно. И я вижу в его глазах то же, что чувствую сама: желание, которое вышибает все мозги.

— Вот и молодец, — хрипло говорит он. — Начинаешь понимать.

— Что? — выдыхаю я, ненавидя дрожь в собственном голосе. — Что ты такой же ублюдок, как и все?

Он усмехается. Наклоняется так близко, что его губы почти касаются моих.

— Хуже, красавица, — шепчет он. — Намного хуже. Потому что я не буду ломать тебя. Я заставлю тебя самой захотеть того, что ты сейчас ненавидишь.

Сердце колотится так, что больно дышать. А он отпускает меня и шагает к номеру, открывая дверь.

— Заходи, — приказывает. — Или мне придётся занести тебя на руках? Хотя это тоже вариант.

Я двигаюсь на автомате. Захожу в номер. Слышу, как за спиной закрывается дверь. Щелчок замка.

И вот ты снова в ловушке, Яна. Но эта ловушка совсем не похожа на ту, в которой держал меня Алекс. Там был страх, боль и унижение.

Здесь... здесь что-то другое. Что-то, что пугает намного сильнее.

Резко разворачиваюсь. Туман стоит у двери скрестив руки на груди. Смотрит на меня так, будто видит насквозь.

— И что теперь? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Будешь развлекаться?

— Развлекаться? — переспрашивает он и медленно идёт ко мне. — Нет, красавица. Я буду ставить тебя на ноги. Буквально.

Я вздрагиваю, когда он оказывается слишком близко. Хочу отступить, но упираюсь спиной в стену.

— Не подходи, — шиплю я.

— Или что? — усмехается он. — Снова воткнёшь мне каблук? У тебя нет каблуков, Яна. И ствол у тебя тоже забрал. Так что единственное, чем ты можешь сейчас угрожать — это своим ротиком. Но мы оба знаем, что ты его откроешь только для одного.

От его слов внутри всё сжимается. Но я не отвожу взгляд. Не дам ему удовольствия видеть, как я сломаюсь.

— Ты переоцениваешь себя, — бросаю я.

— А ты недооцениваешь, — парирует он. — И это твоя ошибка.

И он снова касается моего лица. Большим пальцем проводит по скуле, задевая нижнюю губу, почти грубо.

— Красивая, — тихо говорит он. — Слишком красивая для того, чтобы быть такой сломанной.

— Я не сломана, — шиплю я сквозь зубы.

— Ври дальше, — усмехается он. — Я вижу, как ты дрожишь. Вижу, как сжимаешь кулаки. Вижу, как ждёшь, когда я начну делать то же, что и он.

Его слова бьют точно в цель. И я ненавижу его за это. Ненавижу за то, что он видит то, что я прячу даже от себя.