Книга Чайная роза Босфора, страница 77 – Мария Шарикова

И я рассказала. О том, как впервые попробовала настоящий чай. О том, как мой наставник учил меня различать оттенки вкуса. О том, как я поняла, что чай это не просто напиток, а целый мир. Я говорила долго, и Айше слушала, раскрыв рот, и время шло быстрее. За окном начало смеркаться, когда мы наконец отставили чашки.

Вечером пришёл человек от Эмира с запиской. Всего несколько строк: «Переговоры идут. Буду к утру. Не выходи без сопровождения». Почерк был торопливым, но рука твёрдой. Я спрятала записку в карман платья и постаралась улыбнуться Айше, которая с тревогой заглядывала мне в лицо.

— Всё в порядке? — спросила она.

— В порядке. Эмир скоро вернётся.

Остаток вечера я провела в библиотеке, переписывая расчёты и обдумывая план на случай, если Пападопулос заберёт ещё несколько участков. Я погрузилась в цифры, в карты, в списки, и время пошло быстрее. Иногда я ловила себя на том, что разговариваю сама с собой, как делала когда-то в лаборатории, когда работала над сложным купажом.

Ночью я не могла уснуть. Лежала в постели Эмира,(ведь теперь это была и моя постель тоже), и слушала, как шумит за окном Босфор. Мысли крутились в голове, не давая покоя. Я думала о Сергее, о его письмах, о его упорстве. Думала о том, что он, возможно, никогда не слышал слова «нет». И о том, что мне придётся сказать ему это самой, если он не остановится.

Утром я проснулась оттого, что кто-то тронул меня за плечо. Я открыла глаза и увидела Эмира. Он сидел на краю кровати, всё ещё в дорожном сюртуке, и смотрел на меня с той смесью усталости и нежности, которую я так любила.

— Ты вернулся, — прошептала я, приподнимаясь.

— Вернулся. — Он наклонился и поцеловал меня в лоб. — Прости, что разбудил. Я хотел увидеть тебя до того, как начнётся день.

— Что случилось? — спросила я, садясь. — Что сказал визирь?

— Сначала дай мне умыться и переодеться. Потом я всё расскажу. — Он помолчал. — Но есть и хорошие новости. Визирь согласился ускорить подписание указа. При одном условии.

— При каком?

— Мы должны предоставить ему полный план освоения земель. Не только чайных, но и всех остальных. С цифрами, сроками, расчётами. Он хочет видеть, что мы серьёзны.

— Это разумно, — сказала я. — У нас есть все данные.

— Есть, но неполный. — Эмир посмотрел на меня. — Визирь хочет, чтобы мы включили в план и те участки, которые уже купил Пападопулос. Он считает, что мы должны побороться за них.

Я замерла.

— Как мы можем побороться за то, что уже продано?

— Через суд. — Эмир встал и подошёл к окну. — Пападопулос действовал через подкупленного чиновника, и это можно доказать. Если мы предоставим доказательства, сделку можно оспорить. Визирь готов поддержать нас, если мы возьмём это на себя.

Я задумалась. Это был риск. Но если мы выиграем, то вернём всё, что потеряли, и подорвём позиции англичан.

— Что для этого нужно? — с нетерпением поинтересовалась я.

— Документы. Показания свидетелей. И человек, который разбирается в местных земельных законах. Я уже нанял юриста в Трабзоне. Но нам нужны доказательства подкупа.

— У меня есть кое-что, — сказала я, вспомнив записи Мехмеда-эфенди. — В его отчёте есть упоминание о чиновнике, который оформил купчую. Если мы найдём его и предложим освобождение от наказания в обмен на показания, он может дать нам всё, что нужно.