Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
— Один раз, – снисходительно согласилась Машенька. Петька подмигнул мне по-свойски, радостно потер руки и встал позади Василия Ивановича, плотно прижавшись к нему и бережно взявшись своей лапищей за его тоненькое запястье, подобно Зигфриду, помогающему Гунтеру завоевать в соревнованиях благорасположение грозной Брюнхильды. — А ну-ка, вот так биточку отведем в сторону… локоток выше… шагаем, и ррррраз! Бита, вращаясь, стелющимся полетом пронеслась над самой землей и мощным ударом вынесла все пять городков за линию. Василий Иванович счастливо засмеялся и был так рад, что даже не слишком расстроился, когда на следующей фигуре Машенька со второго удара одержала убедительную победу. — Игра окончена! – объявил Граф. – Мария Аристарховна, благодарим, что почтили нас своим участием! Господа, прошу всех перейти на стрельбище. — Я тоже хочу стрелять! – заявила Машенька. — Ты же не умеешь, – неприязненно заметил Вольдемар. — А меня Родион Александрович научит! Правда? Все повернулись ко мне. Не оставалось ничего другого, как только кивнуть. Стрельбище было сооружено из подручных средств, но толково и со знанием дела: оно представляло собой прямоугольную площадку метров тридцати в длину и примерно пятнадцати в поперечнике, огражденную с трех сторон трехметровой стеной, грубо сколоченной из толстых, неструганых досок. С внутренней стороны стены были обиты толстым серым войлоком, изрядно разбухшим от сырости, а на задней стене заметно истрепанном пулями. Между стен на массивных опорах в пятнадцати метрах от линии огня стояли два больших дощатых щита, на переднюю поверхность которых, также обшитую войлоком, крепились мишени, и несколько обрезков бревен разной высоты. У левой стены валялось с десяток металлических банок со следами оборванных этикеток и пулевых отметин, набитых тряпками и залитых оконной замазкой. На одной из банок красной краской была грубо намалевана ухмыляющаяся рожа. В утоптанной траве рыжели отстрелянные гильзы. На врытый в землю широкий деревянный стол с облупившейся краской выложили два пистолета Ярыгина «Грач» и несколько картонных упаковок с патронами. Захар приволок толстую пачку бумажных силуэтных мишеней и повесил две из них на щиты. Граф вытащил блокнот, раскрыл его, вооружился карандашом и объявил: — Первая пара: господа Идрисов и Знаменский! Эльдар и Никита подошли к столу; Прах и Захар споро снарядили обоймы и подали оружие господам. Надо сказать, что стреляли воспитанники очень неплохо: на десяти выстрелах с пятнадцати метров даже не лучшим образом ощущавший себя Никита выбил 75 очков, немного уступив Эльдару, а Лаврентий чуть позже и вовсе неожиданно оказался отличным стрелком, набрав почти 90. — Господин Шмидт и госпожа фон Зильбер! Филипп и Машенька подошли к столу с оружием; Филипп стрелял первым: девять пуль легли в круг, очерченный линией «восьмерки», и только последний выстрел ушел ниже и попал в «шестерку». — Восемьдесят четыре! – подсчитал Граф. Машенька взяла пистолет обеими руками, направила его в сторону мишеней и стала целиться, прижмурив левый глаз и чуть отклонившись назад. В свете неяркого солнца вокруг темно-русых волос засиял золотой ореол. Она была похожа на юную святую какого-то мистического культа или самую изящную из воинственных мифических дев. Все замерли. |