Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
— Кажется, здесь, – произнес Адахамжон, и с уверенностью добавил, наклонившись вперед: – Да, точно! Вот, нас уже ждут. В четверг он нашел информацию не только о Раисе Игнатьевой, но и о ее единственной родственнице, двоюродной племяннице по отцу. Дачу, на которой почти всю жизнь прожила ее трагически погибшая тетка, наследовала именно она, и этот факт помог построить легенду и договориться о встрече в ближайший выходной день: Алина в этом сюжете была состоятельной и заинтересованной покупательницей, Зоя – ее ассистенткой, а Адахамжон – предприимчивым агентом по недвижимости, готовым предложить всем сторонам взаимовыгодную сделку. Выглядел он для такой роли идеально: безупречно аккуратный, в бежевом тренче, со вкусом подобранном галстуке, блестящих коричневых туфлях, с дорогим портфелем, белозубо улыбающийся и энергично пожимающий вялую руку наследницы. — Как-то это чудно все-таки, тетя всего десять дней, как скончалась, а вы уже покупать приехали. У нее были грязноватые, гладко зачесанные и заколотые ярко-зеленым «крабиком» волосы, землистого цвета лицо и тусклый голос; она куталась в толстую, колючую на вид желтую кофту, доходящую до колен, обтянутых серыми ворсистыми лосинами, заправленными в розовые резиновые сапоги, курила электронную сигарету и говорила медленно, глядя куда-то в сторону. — Мы и на продажу ничего не выставляли, и наследство еще не оформили даже… — Оксана Геннадьевна, я же вам объяснял по телефону: серьезные сделки настоящие профессионалы обсуждают заранее, еще до вступления в право собственности на наследуемое имущество. У нас есть система сбора предварительной информации через сотрудников полиции или врачей «скорой помощи»… — Да, мне вот и похоронный агент то же самое говорил, – немного оживилась наследница. – Мы еще только на опознание приехали, а он уже тут… — Похоронный агент? А как он выглядел? – вскинулась Алина и тут же мысленно себя отругала. — Ну, такой маленький, лысый, с рыжей бородой, заикался еще… — Вот видите! – воскликнул Адахамжон. – Все так работают. Тем более, что земля здесь очень дорогая. — Ну не знаю, – с сомнением протянула женщина, – у нас поселок не так, чтобы престижный, что же тут дорогого? — Воздух! – и Адахамжон выразительно вдохнул через нос. – Чувствуете? Вам что-нибудь говорит термин аэрофитотерапия? Я слышал, что со временем именно тут планируется построить климатический курорт, поэтому цена, поверьте, будет только расти. Тут даже Зоя взглянула на Адахамжона с уважением. — Ну ладно, если вы такие деньги плотите… Пойдемте. Она повернулась, зашаркала сапогами к калитке в ограде из ржавой металлической сетки, протянула руку поверх и с лязгом отодвинула щеколду. Алина, перешагивая через глубокие лужи, в которых дрожала коричневая вода с грязной пеной, прошла вперед; за ней, придерживая висящий на плече большой черный шоппер, шла Зоя. Адахамжон, вежливо пропустив их перед собой, двинулся следом. Участок был плоским и голым. Похоже, когда-то тут росли смородиновые кусты и клубника на грядках, но ныне одичавший кустарник переплелся с сорной травой, от грядок остались только комковатые кочки, да торчали из неровной земли несколько кривых яблонь, меж которых гулял неприкаянный ветер. Дом стоял в глубине участка, вровень с задней границей – типичная небогатая советская дача, выкрашенная в бледно-зеленый цвет и похожая на детский рисунок: квадрат первого этажа с двумя окошками, треугольник двускатной крыши, окно мансарды и белая входная дверь, ведущая в боковую пристройку со сплошными деревянными рамами с мелкой расстекловкой. Рядом с домом высохшая береза колола голыми тонкими ветками пустое небо. Слышно было, как где-то часто падают капли воды. |