Книга Младшая внучка, страница 32 – Дина Зарубина

Вот Ирма просто обожала эти кракозябры-пиктограммы, и как-то очень легко их запоминала. Чем запутаннее они были, тем больше восторга у нее вызывали. На мой взгляд, они все были очень похожи. Нам преподавали основы, слоговую азбуку, вкупе с базовыми речевыми оборотами. Как-никак, ближайшие соседи через реку. Не могли подальше жить где-нибудь!

Ирма мне изобразила пятьдесят шесть карточек, я пробила в них дырочку, продела веревочку и каждую свободную минуту их перебирала, сверяясь с записями на обороте.

На перемене мы быстро сходили в столовую и сидели, переваривая обед, во внутреннем дворе академии, наслаждаясь последним неярким солнышком. Скоро обещали снег, над головой жалобно курлыкали улетающие в жаркую Чапилию птицы. Я перебирала слегка залоснившиеся карточки, когда Ирма вдруг взвизгнула.

— Там крыса! – подскочила она, роняя учебник.

— Ну, крыса, подумаешь! Не восьмилап же!

Но Ирма топала ногами и визжала. Нервы Ирмы были расшатаны до предела. Лео не хотел разговаривать с ней, избегал. В общем, очень было похоже, что он ее совершенно бросил.

Он и раньше-то общался с ней ради домашних заданий и контрольных, а после дурацкого пари ему не было никакой возможности списывать и пользоваться плодами ее труда. Ирма страдала и мучилась, плохо спала, винила себя в холодности и неумении понять желания любимого. Надо было ему не только домашку делать, но и обслуживать сексуально, тогда бы он ее ценил. У парней же есть потребности, а она была нечуткой, эгоистичной и жестокой, вот Лео и не хочет больше с ней общаться.

Вот что с ней делать? Бред несет и верит в него!

— Совсем истеричкой стала! Прекрати! Сходи к лекарю, попроси успокоительную микстуру! – не выдержала я.

— И ты! И ты против меня?! – Ирма схватила сумку и убежала в слезах.

Ну вот, обидела подругу. Придется догонять и мириться. Я глянула в угол, куда тыкала рукой Ирма. Там действительно шевельнулось что-то серое и пушистое.

— Цып-цып-цып, – сказала я и начала крошить кусок недоеденной с обеда булки.

Ну, крыса, что же ей, булки не хочется? Она не виновата, что крыса, а мне не жалко поделиться. Выжить в здании, где учится и живет полтысячи буйных магов, обходить хитрые ловушки и сторожевые заклинания может только очень умный экземпляр. Ветеран выживания.

Я тоже тут пытаюсь выжить, так что у нас много общего.

Серое существо шевельнулось.

— Кис-кис-кис, – я прищурилась и кинула кусочек поближе к несчастному зверьку.

Две лапки деликатно подняли кусочек, из свалявшейся шерсти блеснули красные глаза. Четыре больших глаза и несколько поменьше.

Я открыла рот. Никакая это не крыса! В угол забился пушной паук, наподобие тех, что нам приносили. Только невероятно грязный и оттого серый.

— Ты сбежал из клетки, да? Ты творение Мар Абеши? – сердце захлестнула жалость. Я наклонилась пониже.

Паук приподнялся, шатаясь и издал стрекотание. Да у него половина ног сломана. Бедная животинка!

— Я тебя боюсь, – предупредила паука. – Но если ты меня не будешь кусать, то я тебя вымою, полечу и покормлю.

Паук согнул мохнатые усики[1] и потер ими по челюстям. Раздался нежный вибрирующий звук.

— Ой, – я взялась за сердце. – Ты и мурлыкать умеешь?

Брать в руки паука было страшновато. Я обернула руки платком, и им же прикрыла паука. На грудке у него обнаружился тонкий ошейник, авось, и фамилия хозяина есть, просто сейчас так все измазано грязью, что не разглядишь. Ценная же животинка! А может, мне и награду выплатят, как нашедшей? Если паук, правда, стоит двести далеров? За двадцать далеров зимние сапожки можно будет прикупить!