Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 72 – Дия Семина

— Вот она разница между тобой и ей. Ты сказала примерно те же слова, что и она, если вычеркнуть совсем суровую часть и угрозы. Но в ваших словах, сударыня, чувствуется мудрость, продуманность и логика. Всё так, но я не хочу мириться с этим…

— Придётся! Вы взрослый и ответственный, вот и ведите себя…

Он вдруг перешёл на вы, словно мои «мудрые» речи вернули ему здравомыслие, и продолжил, но уже более откровенно:

— Прошу, не надо мне указывать на недостойное поведение, и я сейчас сказал без злобы и раздражения. Это жест отчаяния, из всех знакомых, я, вероятно, только с вами смог бы ужиться в четырёх стенах. Но буду откровенен, раз вы открылись мне про письмо и тот кошмар, на какой вас обрекла мать Юрия. Признаюсь, моя история тоже не самая приятная. Я был влюблён в одну романтичную барышню. Даже купил кольцо, но её родители выдали её замуж за нелюбимого, и так скоропостижно, что я подозреваю и в этом руку моей слишком энергичной матушки, на это есть весьма определённые основания, не требующие доказательств. И я не пытаюсь выяснить правду, чтобы не ужаснуться ещё больше тому необдуманному напору, с каким Антонина Антоновна привыкла разрушать жизни, до той размолвки я и сам был таким, как она. Наталья оказалась недостаточно знатной для нас. Я опоздал буквально на неделю, всё произошло очень тихо, не единой заметки в газете, и венчание где-то за городом. Не свадьба, а таинственная полицейская операция. А потом моей возлюбленной не стало…

Боль вспыхнула внутри — ослепляющая, невыносимая. Это такой комок противоречий, что не каждый даже опытный психолог сможет разобрать. И самое ужасное — каждый в этой непростой ситуации прав. По старой привычке показалось, что сейчас придётся измерить давление и оно окажется высоким, а потом бессонная ночь в кресле, вызов скорой…

Однако ничего такого, просто защемило в сердце и слёзы навернулись.

— Печальная история, примите мои соболезнования, простите…

— Вам не за что просить прощение, Лиза. Да, печальная, потому что Наталья умерла через год после свадьбы, не пугайтесь ничего криминального, её подвело здоровье, проклятая чахотка. Не всем подходит климат в столице. А я со временем понял, что это была юношеская привязанность, романтическое поверхностное увлечение, она казалась нежным ангелом, а моя любовь к ней оказалась роковой. Я чувствую свою вину, понимаете?

Я вздохнула, но теперь многое стало понятно, он потому и проникся заботой ко мне, что чувствует ответственность за гибель и страдания Наташи. Это действительно жестоко, и по отношению к ней, и по отношению к нему — чувство вины разъедает душу. И по отношению к матери, она просто хочет, чтобы её дети были счастливы, но увы, не считается с жизнями второстепенных по её меркам людей.

— Вы потому так ухватились за меня и пытаетесь помочь, даже порой против моей воли? Вам не позволят сделать меня счастливой, не стоит даже начинать. Хотя нет, за комнату с уборной благодарю. Но позвольте, а у вас же ещё какая-то невеста была? Которая вас бросила после ссылки? С ней-то всё хорошо?

Жаль, не вижу его мимику, но чувствую иронию:

— Да, она идеальная во всём, но светская львица от мозга костей до кончиков ногтей, и от первой до последней мысли. Идеальная пара для моей матушки. Но совершенный антипод для меня, хотя, говорят, противоположности сходятся, дополняя друг друга.