Книга Калинов мост, страница 51 – Екатерина Пронина, Александр Пронин

— Вряд ли последнее будет легко, – заметила Павла. – Они ж тебе не обезьяны в зоопарке.

— Ладно, зануда! – Инга усмехнулась. – Ты-то что собираешься делать?

Та на миг замялась. Казалось, она сомневается, стоит ли ей говорить честно или лучше, как обычно, отшутиться, спрятав под маской сарказма настоящее лицо.

— Обновлю мотоцикл, – в конце концов сказала Павла. – Мой старенький уже, скорости не хватает. Потом сделаю новую татуировку. Выберу что-то символичное в честь нашего приключения: уродливый дом, команду придурков или краденое зеркало. Если что-то останется, покатаюсь по музыкальным фестивалям. В любом случае буду жить для себя.

Она сидела в тени. Красные отсветы костра лежали на одежде и коротко стриженных волосах, но не отражались в глазах, а по голосу не понять было, лжет Павла или говорит правду. Инга перевела взгляд на Юру. Он сидел, закутавшись в свитер и спрятав руки в карманах.

— У меня все просто. И я, честно сказать, не заготовил заранее шуток, – признался он. – Я просто хотел бы взять себе внедорожник, а маме – путевку в санаторий. Ей и так нелегко, на двух работах пашет. Глупо, наверное?

— Да нет, – пожал плечами Егор. – Хорошая цель.

— Совсем не глупо, – согласилась Инга с улыбкой.

Она заметила, что Юра смутился. Видимо, скромный студент не любил быть в центре внимания. Достав из кармана кубик Рубика, он стал стремительно перебирать комбинации. Павла тем временем пихнула локтем в бок Митю.

— А ты что, святоша?

— Распоряжусь деньгами, как повелит Учитель, – важно ответил пацан. – Мне эти бумажки лукавые без надобности.

— Ты уверен? – Егор обернулся к нему и пристально посмотрел в лицо. – Ты мог бы выучиться. Или мир посмотреть. Да хоть купить внедорожник! Если этот твой учитель запрещает тебе, только скажи…

— Никто не может мне ничего запретить, – насупился Митенька. – Учитель мне как отец. Понимали бы чего!

Павла, скривив губы, покрутила пальцем у виска. Егор поднял ладони в знак примирения. Теперь вся команда смотрела на него: не считая их нанимателя, у костра остался только один человек, который не рассказал, чего хочет.

— Да я еще не думал, – сказал Егор, почесав шрам на подбородке. – Не это главное. Я хочу, чтобы кости Ксении нашли наконец свою могилу. Не потому, что мне за это заплатят, а потому, что это правильно.

Прежде чем продолжить, Егор какое-то время обдирал с джинсов колючие шарики репейника.

— Пропавший без вести человек – он же как бабочка в янтаре. Время для него останавливается. Ксении всегда семнадцать, она не живет, но и умереть не может. Я видел много семей, в которых пропадали дети. Там все замерзает, как в криокамере. Родители не позволяют никому входить в комнату, оставляют вещи на тех же местах, как будто пытаются привязать свое дитя к миру. Некоторые даже сохраняют прежние привычки: ставят мультфильмы в одно и то же время, покупают лишнюю порцию мороженого, готовят подарки на Новый год…

Егор сокрушенно покачал головой. Сильные плечи поникли. Он вдруг показался Инге смертельно уставшим и слишком старым – старым всего в двадцать шесть! Разве можно брать на плечи такой груз и ждать, что он не раздавит тебя?

— Я не удивлюсь, если Ксения стала призраком, – сказал Егор. – Странно, что не всякий пропавший возвращается привидением. Близкие ведь не хотят их отпускать. Привычные мультфильмы, подарки, нетронутые комнаты… Что это, если не ритуал вызова духа?