Книга Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле, страница 232 – Есения Серафим

Субботнее утро началось для Риты с неожиданного, но крайне полезного послания. Домашний лакей тайно передал ей плотную записку от Сербана, обмотанную офицерским шнурком. Рита развернула лист и весело хмыкнула: брат подошёл к её прошлой просьбе со всей гвардейской исполнительностью. Брат прислал подробный список девиц из знатных семейств, которых можно было бы ввести в окружение великой княжны Натальи Алексеевны, снабдив каждую кандидатуру хлёсткими армейскими пометками о влиянии их родителей и богатстве.

Рита бросила взгляд на часы — закрытые сани уже ждали у крыльца дворца. Смотрины, навязанные Матвеем и Константином, должны были состояться лишь в понедельник, а сегодня, в субботу, она ехала на Миллионную в свой салон, к мальчишкам. Время поджимало. Чтобы проанализировать список без лишних глаз прямо в дороге, Рита села в карету и принялась торопливо переписывать его. Поначалу она думала взяться за английский язык, но вовремя осеклась — вице-канцлер Остерман был в нём слишком сведущ, мало ли кто сунет нос в её бумаги. Доверившись своей памяти, Рита решила использовать китайские иероглифы. В своей прежней жизни в двадцать первом веке она чутка учила этот язык на журналистских курсах, и теперь эти угловатые знаки казались лучшим шифром — в Петербурге этого года не нашлось бы ни единого толмача, способного взломать такую клинопись.

Мерно покачиваясь в карете под скрип колёс на снегу, Рита принялась вдумчиво разбирать каждую девочку, пропуская её через свой радар будущего.

Первой в списке шла Наталья Шереметева (13 лет), которая уже аккуратно посещала чаепития. Рита сделала быструю пометку:«Оставить непременно». По той истории, которую она помнила, Наталья вскоре должна была быть сосватана за Ивана Долгорукова, и в будущем они, кажется, были женаты. Род Шереметевых — это незыблемая скала, и иметь такую преданную подругу подле Натальи Алексеевны было огромной удачей.

Следом за ней Сербан приписал её младшую сестру — Веру десяти лет. Девочка ещё совсем мала, но её брат Пётр Шереметев уже вовсю вертелся в кругу пажей.«Подойдёт через год, пока держать на примете», — вывела Рита иероглиф.

Когда взор наткнулся на имена Марии и Александры Меншиковых (пятнадцати и четырнадцати лет), Рита проявила абсолютную категоричность. В отношении Марии её вердикт был беспощаден:«Исключить при первой возможности». Рита ещё не была уверена до конца, сосватана ли уже Мария за малолетнего Петра, но страстно желала разорвать эту цепь прямо сейчас. Петру в будущем нужен был правильный, надёжный тыл, а эта заносчивая девица могла стать лишь обузой и опасной помехой. Зато её младшая сестра, Саша, заставила Риту замереть. На недавнем чаепитии эта девочка показалась ей на удивление милой, мягкой и тихой. Рита нахмурилась — игра ли это диктатора, или девица взаправду не унаследовала отцовскую волчью хватку?«Наблюдать со стороны, близко не подпускать», — зашифровала она своё сомнение.

Затем шла Елена Горчакова четырнадцати лет. Её брат, Ваня Горчаков, уже находился при Петре, зарекомендовав себя исполнителем.«Полезная кандидатура, одобрить».

Против имён сестёр Прасковьи и Александры Толстых (семнадцати и пятнадцати лет) Рита вывела быстрый знак вопроса. Прасковья казалась ей слишком взрослой и хитрой для детского круга, а вот Александру можно было использовать для баланса сил.«Прасковье отказать, Александра — под вопросом».