Книга Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле, страница 115 – Есения Серафим

— Прости... за утро. За то, что кричал в опочивальне.

И не дожидаясь ответа, жутко смутившись своего минутного порыва, мальчишка стремительно, летящим шагом удалился вглубь дворцовых анфилад.

Рита осталась стоять на заснеженном крыльце в одиночестве. Холодный балтийский ветер трепал её чёрные локоны, но она лишь счастливо, тепло улыбнулась ему вслед.

Рита вернулась во фрейлинский корпус Западного крыла уставшей, но с абсолютно чистой, звенящей ясностью в голове. Первый салон на Миллионной улице прошёл успешно.

Теперь перед Ритой вставала очередная задача — устроить Ивану Долгорукову «лихую баньку». Но провернуть это втайне от старых князей и соглядатаев Меншикова Рита могла только через Рейнгольда Лёвенвольде. Камергер имел безграничную власть над всеми перемещениями фаворитов. Только на её прошлую робкую просьбу граф ответил надменным отказом, хладнокровно выставив границы.

Рита недовольно поджала губы, вспоминая его высокомерную ухмылку.

«Ничего, граф, извольте подвинуться,— упрямо подумала она, поправляя складки платья. —Не на ту напали. Надавить на тебя у меня рычагов хватит».

Из своего будущего она немного знала об уязвимых местах этого прибалтийского лиса и была готова пустить в ход любые шпильки, чтобы заставить его подчиниться.

Она быстрыми шагами направилась по длинной, тонущей в вечерних красках галерее в сторону своих покоев. Вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь мерным шорохом её шёлка. Рита уже подходила к повороту анфилады, как вдруг замерла, невольно спрятавшись в тени тяжёлой бархатной портьеры.

Прямо по коридору, чеканя шаг и слегка опираясь на набалдашник трости, шёл сам Рейнгольд Лёвенвольде. На нём был безупречный тёмный камзол, а на лице застыло выражение сосредоточенности. Он был один. Рита почувствовала, как сердце сделало частый, глухой кувырок в груди, но мгновенно взяла себя в руки. Идеальный момент для атаки сам шёл к ней в руки посреди пустого перехода.

Стараясь унять внутреннюю дрожь и удержать лицо, Рита шагнула ему прямо наперерез.

— Граф Рейнгольд, нам нужно скоординировать действия. Иван вернётся через два дня. Я прошу ваших людей по приезде тайно выцепить его из комнат и снова увезти в ту же заброшенную баню на окраине.

Лёвенвольде остановился, его серебряный наконечник трости с сухим щелчком замер на полу. Камергер смерил её ледяным взглядом серо-голубых глаз, а на его холёных губах заиграла циничная ухмылка.

— Отчего же вы с этой безумной просьбой изволите докучать мне, Мария Дмитриевна? Обратитесь к своему новому постельному любовнику, пусть он марает руки в ваших грязных похищениях.

— Кого... Да вы в своем уме, граф? Бросьте кривить лицо из-за дрянного, глупого слушка. Вы уже по уши ввязались в это дело! Так чего вам стоит помочь мне ещё раз?

Лёвенвольде сузил глаза, его брови сурово сошлись на переносице, и он тоже шагнул к ней, нависая плотной, непреодолимой стеной.

— Я свой долг перед вами закрыл и более в этих диких конспиративных мыльнях участвовать не намерен. Ищите других дураков, княжна.

— Без вопросов и условий, граф! — упрямо выдохнула она, сокращая дистанцию ещё на полшага и почти касаясь своей епанчей его груди. — Вы дали клятву перед лицом умирающей императрицы! Иван губит здоровье великого князя, и если вы трусливо отступите сейчас...