Книга Расколотое сознание, страница 111 – Энн Княгинина

Меня беспокоит, что у Кайна может быть готовый план действий, в то время как у меня нет чёткой стратегии. Я буду ехать как можно быстрее, надеясь, что смогу пересечь финишную черту раньше, чем он — и это всё, на что способна часть мозга, ответственная за планирование и решение проблем.

Сара обнимает меня сзади, — и ради того, чтобы чувствовать её руки на своём животе и переплетать наши пальцы — я обязан победить зеленоглазого говнюка.

— Гонка без правил! — Один из тех, кто подслушивал, услышав слова Кайна, поспешил поделиться ими с окружающими.

Сара выходит из-за моей спины, упирает руки в бока и смотрит на Кайна. Она не обращает внимания на пряди волос, которые лезут ей в глаза, она полностью сосредоточена на Кайне.

— Что значит без правил, Кайн?

Кайн перестаёт улыбаться.

Его слова, подобно игре в испорченный телефон, переходят от одного человека к другому, и с каждым пересказом в них что-то меняется.

Обхватываю Сару за талию и мягко тяну назад, подальше от Кайна.

— Будем врезаться, выбивать с дороги, — он загибает пальцы, — толкаться, притираться, и всё, всё, всё.

— Кайн, нахрена тебе это? — Майк скрещивает руки на груди и стучит ногтями по коже. Он на нервозы, как и все мы.

— Чтобы было весело, друг. Весело и проиграть, и выиграть.

— Раньше тебя не веселили драки и сломанные тачки.

— Постой, — вдруг неприятно осеняет, — ты сказал, что починишь машины за свой счёт. Ты же не чинишь тачки, а утилизируешь их.

Кайн присвистывает.

— Я такого не говорил.

Вдруг прознает током, и я чувствую, как напрягаются мышцы. Я готов наброситься на Кайна так же внезапно, как он накинулся на меня в зале Майка. Но Сара, взяв за руку, успокаивает мой пыл.

Что Майк и Сара ещё не рассказали? Сколько скрывают? Как я, придурок, мог поверить всей этой безукоризненной картинке новой жизни. У всех секреты и недосказанности. Хоть я и догадывался о многом, но наверняка не знал, а они всё молчали.

Весь день я пытался успокоить пожар в груди — в игре на пианино, в утренней пробежке, в разговоре с бабушкой.

Но моё сердце пылает, как извергающийся вулкан, и я должен успокоиться, чтобы не наделать делов. Необходимо остыть, прежде чем я совершу что-нибудь необдуманное.

— Хватит тянуть время, Кайн. Хочешь повеселиться, давай веселиться, — не смог я остыть.

Майк и Сара поворачиваются друг к другу. Я в ярости, а это плохо. От злости сотрясает озноб, а в таком состоянии за руль нельзя.

Кайн громко бьёт в ладоши и объявляет о начале гонки через пять минут. Он просит толпу найти стартера и уходит к машине.

Из толпы выходит Тая в чёрном кожаном купальнике, и Сара в бессильной злости сжимает деревянные шарики своего браслета.

— Ну кто же ещё, если не она.

Майк массажирует мне плечи.

— Утихомирься! — он повышает голос, но в нём миллиард сомнений, колебаний, дурных предчувствий. Голос Майка, как моё внутреннее состояние.

— Ты знал, что Сара встречалась с Кайном?

Я смотрю на Сару, но вопрос адресован Майку. Сара тут же забывает о полуобнажённой Тае.

Руки Майка падают с моих плеч.

— Мы встречались полгода. Нам было по пятнадцать.

— Ты считаешь, что эту информацию можно вычеркнуть из жизни и не рассказывать о ней?

— Я так не думаю, Артур. У вас с ним отношения и так натянуты, куда тебя ещё расстраивать.