Книга Жестокое сердце офицера, страница 19 – Маша Демина

Подхожу к прикроватной тумбе, беру брошюры с меню из ресторана и заказываю на ужин в номер слишком много позиций и слишком необдуманно. Но мне не поставили никаких четких задач. Только легкомысленное «На твое усмотрение»

На мое усмотрение?

У меня сейчас столько вольт в теле, что я в принципе туго соображаю. А в плане ухаживаний вообще айсберг. Во мне все атрофировано. Убито напрочь. Я даже не помню, когда в последний раз девушка вызывала у меня потребность поухаживать за ней.

А у этой я даже имени не знаю, но при этом думаю, парюсь, гадая, что могло бы ей понравиться. Поэтому заказываю и горячее, и салаты, и десерт.

А потом снова падаю в кресло и взглядом гипнотизирую дверь ванной комнаты, допуская шальную мысль…

Нет. Отставить, Ярцев. Девушке нужно пространство. Борщить тоже нельзя, напугаю еще… Хотя, судя по всему, барышня не из пугливых.

И снова думаю об ее имени, которого не знаю. А мне и не надо знать. Как и ей моего. Ни к чему это знакомство не приведет. Разве что только к разочарованию.

Мне не стоит давать каких-либо надежд, потому что они будут не более чем иллюзией. Как и не стоило начинать то, что априори не имеет логического завершения. И я пытался, пытался, мать вашу, всеми силами, но разве это возможно?

Как залип взглядом в клубе, так и не отпускает ведьма. Даже сейчас надо бы уйти, а не могу.

Хочу еще раз увидеть, как ее ореховые глаза закатываются в экстазе, почувствовать, как тонкие пальцы царапают спину, поймать кайф в ее оглушающих стонах. Живая, она, черт возьми, нереально живая, и это тоже цепляет. Хочется пожрать еще вот этих чистых эмоций, я голодный до этого.

Из ванной доносится звук фена, и меня снова начинает штормить от понимания, что она сейчас выйдет и начнет дразнить, но мне нельзя пока срываться, дама голодная, нужно накормить.

В дверь номера раздается стук. Оперативно.

Встаю, поправляя полотенце на бедрах. Стоило бы накинуть чего, чтобы не смущать девушку в форме, но я уже говорил, что сегодня соображаю туго.

И официантка смущено прячет глаза, проскальзывает в номер с тележкой, быстро все выставляет на стеклянный столик между массивными креслами и, мазнув по моему торсу взглядом, желает хорошего вечера и сбегает.

А вечер хороший. И я запрещаю себе думать о том, что ждет меня за пределами этого вечера.

Телефон вибрирует в брюках, но я игнорирую. У меня хороший вечер, каких мало бывает, и я разрешаю себе насладиться им.

Комнату наполняет аромат свежей выпечки и пасты, пряностей, ванили и корицы.

Я прикрываю глаза и вдыхаю, но все перебивает порыв свежести, когда мимо мелькает копна вьющихся волос. Вау…

Пальцы непроизвольно сжимаются в кулак от потребности запутаться в этой копне. Позже, обещаю я себе. Надо накормить мою ведьму. Но сложно соображать, теперь я чувствую только запах ее чистой кожи.

Стащив клубнику, она убирает непослушные пряди за уши, кусает ягоду и забирается с ногами в кресло, поджимая их под себя.

Доедает ягоду, встряхивает руками в воздухе, так как рукава халата ей велики, и, наклонившись, начинает поднимать крышки с блюд, вынюхивая все как лисица. И вроде не пытается соблазнить, но соблазняет именно своей непосредственностью.

Халат спадает с одного точеного плеча, обнажая нежную ключицу, и это так женственно, вкусно. Я прям залипаю, пока она стаскивает блюдо с пастой, по-турецки откидывается в кресле, принимаясь наматывать вилкой пасту, и с абсолютным блаженством набивает ей полный рот.