Книга Жестокое сердце офицера, страница 16 – Маша Демина

Я задыхаюсь от возмущения… и не только. Особенно когда тяжелый член касается внутренней части бедра сквозь тонкий капрон.

Часто-часто дышу, позволяя Волку обхватить мой затылок и прохрипеть мне на ухо.

— Не рычи, красивая.

И что-то его «красивая» делает со мной. Возможно, еще больше сбивают с курса раздражения и его губы, которыми он всасывается в мою шею, облизывает горло и прикусывает, зарождая внутри трепетную дрожь предвкушения.

Волк выпускает зубы и царапает ими ключицы, спускается к груди и обхватывает горячим ртом чувствительный сосок… Вот же нахер! Зажмурившись, всхлипываю, выгибаюсь ему навстречу. Становится слишком быстро хорошо, чтобы я поставила крест на своем вечере.

Он переключается на вторую грудь, с рычанием всасывает большую часть себе в рот, одновременно оглушая меня треском разорванных колготок. Это животное действие посылает острый импульс между ног, и я пытаюсь свести колени, но не могу.

Волк не тратит времени, чтобы снять с меня то, что осталось от колготок, даже трусики просто рывком отъезжают в сторону, и я чувствую давление у входа. Дергаюсь.

Надсадно дыша, он расставляет локти по обе стороны от моей головы и запускает руки в волосы, нависая надо мной с напряженным лицом.

— Ты девственница?

— Нет, — выдыхаю рвано. — Но с твоим размерчиком это вряд ли спасет, — произношу с нервным смешком.

И вместо того, чтобы улыбнуться моей шутке, он, абсолютно серьезный, приставляет ко рту свои пальцы, удерживая себя на одном локте, облизывает их, а после протискивает руку между наших тел, чтобы скользнуть ими прямо туда…

Я вздрагиваю от этого прикосновения, а когда он проталкивает один палец, а следом второй, наполняя меня тяжелым давлением, дыхание жаром спирает в горле и я открываю рот в немом крике. Господи! Это точно пальцы?

«А ты точно не девственница?» — кусаю сама себя.

Уже не уверена.

— Твою мать… — хрипит он, едва не капая слюной, пока наблюдает за каждым моим ломаным вздохом с вымученно сведенными бровями, пока его пальцы растягивают меня до болезненного удовольствия.

Дурея от ощущений, я выгибаюсь и цепляюсь дрожащими пальцами за одеяло, будто оно поможет мне ослабить давление, которого слишком много.

— Такая красивая. Ведьма, — выдыхает невменяемо, лаская меня медленно, а потом проникает глубже, выпуская сквозь зубы, когда моя голова откидывается назад: — Почему сейчас?..

Я уже теряю связь с реальностью, когда он с рычанием вынимает из меня пальцы…

Все сжимается от потери, прежде чем он направляет в меня свой член, принося настолько сильное давление, что я не могу сделать следующего вдоха.

Я пытаюсь, но… в этот момент Волк проникает в меня, вырывая сдавленный вскрик. Голову ведет, и я цепляюсь за его плечи, царапая их в попытке удержаться при очередном толчке, от которого меня выносит за грань нашего безумия.

Судорожно распахиваю рот, еще одно мощное движение бедер и его сбивчивое гортанное мычание оглушает меня.

— Я не… Подо…

Он толкает меня своим лбом с успокаивающим «ш-ш-ш», а потом обнимает ладонью бедро, сдавливает его и подстраивает под свои движения, проникая глубже…

Меня глушит собственный крик, сквозь который я отдаленно слышу сдавленное ругательство, но несмотря на то, как остро я чувствую его, движения осторожные, медленные, позволяющие привыкнуть к нему.