Книга Я не мертва, страница 47 – Энн Фрейзер

Как обычно, она колесила по жилым районам, методично отрабатывая квадраты поисков все дальше на запад.

Но сегодня что-то вдруг изменилось. Фонтейн сбросила скорость: ее взгляд привлек одноэтажный дом с мансардой на обсаженной деревьями улице, судя по всему пришедшей в упадок задолго до блэкаутов.

Джуди остановилась и уперлась ногами в землю.

Разбитое чердачное окно, заброшенный двор, украшенный мусорным мешком, торчащим из высокой травы, – дом ничем особо не выделялся среди своих соседей. И все же…

Она вгляделась в детали: трещины на дорожке, спиленные электрической компанией ветки, принесенный ветром уличный мусор, скопившийся в углах крошащегося фундамента, плюс сладкий запах из соседского цветника… Сердце у нее дрогнуло, а все чувства мгновенно обострились.

Говорят, что гиблые места, где тебе было плохо как никогда, притягивают к себе. Возможно, дело в любопытстве. Или в том, что плохие воспоминания упрятаны слишком глубоко и кажутся чужими, словно прочитанными в книге или увиденными в кино. И поэтому возникает потребность вернуться, увидеть это место снова, пощупать руками. Не для того, чтобы убедиться в реальности трагедии, а чтобы увидеть ее с безопасного расстояния и подивиться, что удалось выжить несмотря ни на что.

За последние месяцы ее воспоминания о проведенных в подвале годах изменились, превратившись в смесь реального и нереального, однако защитная мысленная дистанция не умаляла желания вернуться в прошлое и найти труп на полу. Или, по крайней мере, грязное пятно на месте трупа.

Джуди заглушила мотор, установила подножку и, перекинув ногу через седло, пересекла лужайку и встала перед домом.

Первым делом она ощупала пояс, убеждаясь, что оружие на месте. Потом с колотящимся сердцем подошла к передней двери и постучала. Никто не ответил, и Джуди обошла дом сбоку. К задней двери вели три бетонные ступени – она помнила их покрытыми утоптанным снегом.

Джуди снова постучала и вгляделась внутрь сквозь мутное стекло, приставив козырьком ладонь к глазам.

Потом попробовала повернуть ручку.

Та поддалась.

Затаив дыхание, Фонтейн толкнула дверь плечом и вошла в кухню. Прямо перед ней темнел спуск в подвал.

— Тут есть кто-нибудь?

Ее взгляд нервно метался по сторонам, пока не уперся в электрошокер на столе, куда она его бросила. На полу валялись пустые гильзы, отскочившие от ее босых ног. И запах… Смерть – да, определенно смерть, – но остались и прочие составляющие, впитавшиеся в стены, пол и потолок: табачный перегар, жареная еда, плесень, моча. Этот запах ей не забыть никогда. Пусть пройдет тридцать лет, она все равно узнает его.

Дом, милый дом.

Словно робот, Джуди достала телефон и позвонила Юрайе. Он ответил уже после второго гудка.

Кажется, она что-то сказала. Даже наверняка сказала, потому что Эшби отозвался:

— Что случилось? – В его голосе звенела тревога.

— Я нашла дом, – сообщила она безжизненным тоном. Объяснять, что за дом, не требовалось.

— Не входи внутрь. Дай мне адрес.

— Я уже вошла.

— Тогда убирайся оттуда прямо сейчас.

— Все покрыто пылью. Сюда очень давно никто не заходил.

— Черт возьми, Джуди. Где ты? Какой адрес?

Абсолютно непрофессиональная невнимательность с ее стороны.

— Я даже не заметила название улицы.

Юрайя горестно крякнул.