Книга Катакомбы Парижа, страница 74 – Джереми Бейтс

— Да ты смышленый парень — шутка!

Мертвая тишина.

А затем Роб зашелся хохотом, да так, что я испугался, как бы он не задохнулся. Его вспышка, однако, оказалась заразительной, и я тоже принялся ржать, пока на глаза не навернулись слезы.

— Вот видишь, — гордо заявила Даниэль, — я — остроумная.

До Паскаля донесся смех его спутников. Да у них там прям вечеринка! И без него.

Вполголоса чертыхаясь, он достал из рюкзака рулон туалетной бумаги и подтерся. Встал, натянул семейки и штаны, затем ботфорты. Одевшись, закидал землей маленький нужник, что выкопал гвоздодером молотка.

Многим катафилам все-таки недостает подобной деликатности. Такие спускаются в катакомбы выпить, покурить и повеселиться, оставляя после себя помойку. Сущие свиньи — уж в этом-то Нарисованный Дьявол был прав, и не поспоришь.

И ситуация из года в год становится все хуже и хуже. Опытные катафилы, с которыми доводилось общаться Паскалю, — настоящие ветераны, посещавшие катакомбы на протяжении нескольких десятилетий, — рассказывали ему, что до девяностых это был совершенно другой мир. Тогда, по их словам, все держались сплоченной общиной. Вечеринки они, конечно же, устраивали, но вовсе не такие вульгарные, что по душе Даниэль. В основном просто готовили приносили кастрюли и продукты и устраивали кулинарные конкурсы.

А потом появился интернет, и все разом изменилось. Найти проводника, кого-нибудь с картой, стало гораздо проще. И теперь полно всяких идиотов, которые прутся сюда, фоткаются, выкладывают снимки во всех соцсетях и оставляют после себя мусор и дерьмо. Все это, несомненно, обесценивает приключение, теряется чувство посещения запретного места.

И правда, в основной сети туннелей под 14-м округом уже не осталось ничего неоскверненного. Если хочешь настоящих впечатлений, нужно идти дальше и глубже — где еще никто не успел побывать.

Паскаль утрамбовал закопанную ямку и собрался было возвращаться к товарищам, как вдруг услышал какой-то звук. Нечто похожее на щелчок. Совсем негромкий, но в полнейшей тишине отчетливо различимый.

Звук донесся из дальнего конца пещеры.

— Роб? — позвал парень. В свете фонаря он только и мог видеть, что несущие колонны да затененные стены за ними.

Канадец, однако, не откликнулся.

Паскаль вспомнил видеоролик, и в голове его разом ожили истошные вопли той женщины.

— Роб?! — снова позвал он.

Никакой реакции.

В руке Паскаль все еще сжимал молоток, и инструмент придавал ему некоторую уверенность. Свободной рукой парень снял с пояса «Маглайт» и провел ярким лучом по залу.

Никого.

Он осторожно двинулся вперед, старательно огибая каждую колонну по пути.

В дальнем конце пещеры обнаружился проход в соседний зал.

Пару секунд Паскаль раздумывал, не повернуть ли назад.

Снова щелчок. Словно кто-то цокнул языком.

Парень замер. И все внутри него тоже.

Кто издает этот звук?

Или что?

«Убирайся отсюда! Живо! Беги!»

Паскаль резко развернулся, готовый дать деру.

И закричал.

Наконец мне удалось совладать с приступом смеха, и Даниэль снова протянула косяк. На этот раз я покачал головой. Мне и без того уже вставило больше чем хотелось бы. Самокрутку с травкой прикончил Роб, а я достал еще одну сигарету. Сейчас меня совершенно не волновало, что я курю одну за другой.