Книга Катакомбы Парижа, страница 18 – Джереми Бейтс

Увы, прежде чем он успел осуществить свой замысел, Даниэль уже вовсю трещала об этом американце, с которым занималась уроками по языковому обмену. Она определенно запала на него и все не унималась: «Почему я ему не нравлюсь? А вдруг он гей? Или у него есть девушка? Может, мне самой спросить у него? Не знаешь, как американки ведут себя в таких случаях?» Паскаль уже настроился, что на вечеринке по случаю дня рождения Даниэль он увидит эдакого блондинистого красавчика с обложки любовного романа. Он был удивлен и даже несколько приятно удивлен, что Уилл оказался вовсе не таким. Взъерошенные короткие черные волосы, в неплохой физической форме, но вовсе не Аполлон. Тем не менее от заигрывания с ним Даниэль это не удерживало. В какой-то момент она и вовсе уселась ему на колени, обняла за шею и, заливаясь смехом, откинула голову. В конце концов Паскаль не выдержал и покинул паб с ее подругой Фанни. Привлекательностью девушка не отличалась, и он с ней даже не перепихнулся — да не очень-то и хотел. Ему всего лишь требовалась компания, а еще было бы неплохо, если бы об этом прознала Даниэль. Впрочем, если ей и стало известно о его выходке, она ни разу об этом не обмолвилась.

Сейчас Даниэль сидела напротив него с прямо-таки королевской осанкой, положив перед собой руки и растопырив пальцы, и взахлеб рассказывала, как в Опере Бастилии познакомилась с русским послом во Франции. И уже добралась до момента, когда решила прикинуться русской, чтобы получить доступ в зал для почетных гостей, где в антракте дипломаты хлестали халявное шампанское. Ясное дело, что она пыталась произвести впечатление на Уилла, который стоически выслушивал ее, уставившись в бокал с пивом.

Паскаль высосал из ракушки еще одну устрицу и принялся тешить себя фантазиями на тему разнообразных вариантов трагической гибели, которая может поджидать злосчастного американца этой ночью в катакомбах.

Снаружи Жан-Пьер-Тембо полнилась светом, суматохой и шумом. Мы прошли два квартала, свернули в переулок, протопали еще с полквартала и, наконец, оказались у тачки Паскаля — старенького, видавшего виды автодома «Фольксваген». Паскаль и Роб устроились спереди, а мы с Даниэль забрались через дверь-купе сзади и уселись рядышком на сиденье, по моим предположениям, раскладывающемся как кровать.

Наверное секс-мобиль Паскаля, подумал я. Должно быть, завозит на нем девок на вершину Монмартра, накачивает алкоголем да жарит прямо на этой вот койке.

Слева от меня тянулась стойка с вертикально торчащими на поверхности ручками. Я потянул одну, и под откинувшейся секцией столешницы обнаружилась раковина.

Паскаль вырулил с обочины и развернулся на тесной улочке, после чего Роб перегнулся за спинку сиденья и открыл дверцу под стойкой, за которой оказался мини-холодильник. Он достал из него три банки бельгийского пива и вручил по одной мне и Даниэль.

— Вперед, мерзавцы! На катакомбы! — прохрипел канадец.

Мы открыли банки и дружно подняли их.

Роб снова повернулся вперед и включил на магнитоле Боба Дилана.

— Ну правда ведь здорово? — спросила у меня Даниэль, подавшись поближе, чтобы ее было слышно.

— Ну да, — согласился я.

Я приподнял обтрепанную ситцевую занавеску и выглянул в окошко. До этого мне еще не доводилось путешествовать по Парижу на машине, и пока мы мчались по бульвару со стоящими вдоль него каштанами, я с любопытством смотрел на пробегающие мимо витрины закрытых магазинов.