Книга Чёрный замок Ольшанский, страница 70 – Владимир Короткевич

— А так.

— Почему же так?

— Спокойнее. Я уже годы за плечами имею.

— Какие там годы, – издали, услышав, сказал Мультан, – какие ваши годы? Вот я, вы думаете, почему такой заросший? Неопрятный? Думаете, бритвы не имею? Имею. И в баню два раза в неделю хожу. А щетина, как у кабана, потому что жена приказала бриться раз в месяц. Ибо еще ревнует, зараза.

Он приблизился, и так мы подошли к краю городища, откуда замок смотрелся, как на плане. Отсюда и разрушения были видны лучше.

— Разрушают, – тихо сказала она. – Постепенно.

— И доска сорвана, – сказал я. – Валяется в бурьяне.

— Куда она убежит? – буркнул Мультан.

— К кому‐нибудь на стройку.

— Да кто ее украдет?

— Благодарные жители и украдут.

— Не дам, – сказал Мультан. – Я ведь сторож. Костела. А заодно и замка.

— Ну, дед, вы насторожите, – заметил я.

— Ого-го, да еще как. А доска? Прибьют доску, и как будто все дело сделали. А доска – сегодня она есть, завтра нету! Кр-руши, Ванюха!

— Он прав, – сказала Стася. – Вон была доска на Ружанах, на белорусском Парфеноне, а во дворе валялись бочки из-под мазута. Нету ее – те же бочки. Ну так говорите, какая башня нужна?

— «Вторая от угла».

— От которого угла? Где тот угол?

— И в самом деле, угла четыре. Так что практически под каждой…

— Практически псу под хвост твоя работа, хлопец, – сказал Мультан.

— А далее стоп под знаком корабля, – безнадежно сказал я.

— Восемь стоп под знаком корабля, – повторила она, посчитав по пальцам. – Н-да, негусто.

Мультан ковырял носком сапога землю.

— Вот что, – проворчал он наконец. – Так ты тут ничего не найдешь. Я вот что сделаю. Я тебе внука своего младшего, Стасика, пришлю. Он настоящий Мультан. И он с Васильком Шубайлой, другом своим, такие сорвиголовы, что весь замок с головы до пяток облазили. Может, они тебе чем‐то помогут.

— Спасибо, дед. От детей в таких случаях действительно может быть больше пользы, чем от взрослых.

— То‐то же.

— Что ж, – спросил я у Сташки, – вы копать начинаете? Но ведь еще сыро.

— Подготовка. Начнем по-настоящему, когда учеников, у которых экзаменов нет, отпустят и когда немного подсохнет.

— Шаблыка тут им помог, – сказал дед.

— Да. Стоит копать. В случае чего и вам поможем. И заходите к нам.

— Что же, буду рад.

Мы стояли над откосом. Ветер веял со стороны замка, от небольшой реки. Справа и слева были видны пруды, и на одном из них игрушечная отсюда мельница. Было широко-широко.

— А городище это называется Белая Гора, – сказала она.

— Да. Белая Гора, – повторил дед.

До костела нам с дедом было по пути. Шли, трепали языками о том о сем. От плебании нам под ноги бросился рыжий пес, помесь дворняги с ирландским сеттером. Прижав уши, начал ласково скулить.

— Кундаль, Кундаль, – трепал его дед. – Вишь ты, какой жирный. Как мешок. Ничего, на охоту с тобой пойдем. Тогда сбросишь жир. Пойдем на охоту?

Собака даже начала прыгать от радости.

— Верите, наловчился, зараза, чтоб он был здоров, рыбу ловить. Порой такую здоровенную принесет. И не знаю, или он ныряет за ней, как водолаз, или еще как. Зайдите ко мне, – пригласил Мультан. – Поглядите на сторожку. Вот так здесь и провожу каждую ночь. Жена, дети и внуки в хате, а я тут. Поэтому моя баба и запретила мне часто бриться… Ревнует, холера.

Сторожка была самой необычной из сторожек, какие мне когда‐либо приходилось видеть. Целых две комнаты. И большие.