Книга Капли магии 2, страница 97 – Бронислава Вонсович

— Сверху подарите квартиру, за которую вы сейчас берёте с неё деньги, и перестанете распускать слухи об Олеге, — продолжил Скоропадский. — Только на таких условиях я согласен забыть о маленьком недоразумении. И только исключительно из уважения к памяти Олега. Не будет уважения к памяти, мы с вами окажемся врагами.

— Ваше Сиятельство, я ни в коем разе не хотел бы оказаться с вами врагами. Всё будет сделано в точности.

— Я проверю, — сказал Скоропадский. — И невыполнение хотя бы одного пункта вами ли, вашей супругой ли — без разницы, в любом случае я посчитаю это боевыми действиями против меня. И тогда сюда приеду уже не я. Аня, поехали.

Прощаться я не стала, потому что этот тип вызывал у меня чувство омерзения. Хотя сам он нам вслед бормотал и слова извинений, и прощания, причём обращался не только к Скоропадскому, но и ко мне. Но лебезил он исключительно перед нами. Уверена, стоит нашей машине отъехать, как в этой семье разразится скандал. И они оба будут обвинять друг друга в случившемся. Хотя половина — лучше, чем ничего. Возможно, примут и успокоятся.

Полицейских машин уже не было. Поняли бесперспективность ожидания и решили не караулить, когда мы со Скоропадским выйдем. Ко мне было бы совсем другое отношение, будь я одна, но сейчас я находилась в тени Скоропадского, поэтому меня и не дёргали. Почему-то вспомнилось, как начальник нашей охраны при мне отказался разговаривать с представителем муниципальных служб. Заявил, что ему не по статусу общаться с кем попало. А чин там был немаленький. Тогда я восприняла это как норму, а сейчас оказалась с другой стороны и видела это под другим углом. Настолько другим, что засомневалась, соответствовали ли мои воспоминания реальности. Не идеализировала ли я родных, будучи почти полностью закрыта от внешних проблем. Да, я многое умела и развивала не только магические умения, но в плане общения с обычными людьми, кажется, не слишком отличалась от Скоропадского. И принимала уважение и защиту как должное. Как дань своему происхождению. Я стояла высоко по праву рождения, а сейчас была лишена этого положения. И вроде бы я та же внутри, но отношение уже совсем другое. И все мои знания и умения меркнут перед титулом и деньгами Скоропадского. И это бесит. Как и стремление решать всё, не советуясь со мной по вопросам, которые меня касаются.

— Почему ты не потребовал у него передать всё полученное за Олега его матери? — спросила я, когда мы уже выезжали.

— Если у него отобрать всё, его понесёт, — ответил Скоропадский. — А так он будет честно следить, чтобы она получала оговорённое, из страха передо мной. Или ты хочешь забрать мать Косарева?

— Думаешь, в этом есть необходимость?

— Надеюсь, что не будет. Трусливый тип. Хочешь навестить мать Косарева?

— Пожалуй, нет, — ответила я. — Мне будет достаточно, если я буду знать, что у неё всё в порядке.

— У неё будет всё в порядке. Мы за этим проследим.

— Мы?

— Мы, Скоропадские, — ответил он. — Я оставлю поручение — и будут отслеживать. У тебя ресурсов на это нет.

— Мне просто пришлось бы заниматься этим самой.

— Здорово же, что этого не нужно? — он повернулся ко мне и улыбнулся, пытаясь поймать моё выражение лица.

Это было слишком подозрительно, чтобы я не поняла, что он посчитал это услугой, за которую я должна ему что-то сделать.