Книга Капли магии 2, страница 140 – Бронислава Вонсович

— Если хотя бы три дня не будет приступов, — решила я. — На мой взгляд, их уже не должно быть — запустилось самовосстановление, магия просачивается, а не выплёскивается толчками. Это всего лишь предосторожность, но такая, которой не стоит пренебрегать.

— Машину нужно на мойку и чистку, — пояснил Свирин. — Но это не горит. Я пока право на ношение оружия оформляю. Через пару дней должны выдать.

— Только на вас?

— На весь род.

— Прекрасно, — обрадовалась я. — Тогда до завтра, Артём Витальевич?

— До завтра, Анна Кирилловна. И не стесняйтесь меня вызывать. Сколько бы вы в полиции просидели, если бы я не позвонил? В любой критической ситуации сразу звоните мне. Это моя работа — вытаскивать вас из такого.

— Хорошо, Артём Витальевич, — я невольно улыбнулась, очень уж с серьёзным лицом он говорил.

На этом мы попрощались, и я пошла к себе, раздумывая, в каких выражениях высказать Скоропадскому своё недовольство его игнорированием. Потому что с его стороны было бы достаточно одного звонка, чтобы от меня отстали, но он внезапно решил показать характер.

То, что не всё слава богу, я поняла уже в подъезде. Использование боевых заклинаний оставляет после себя следы, которые ещё долго чувствуются в эфире. Заклинания использовались не в подъезде, а в моей квартире, где ко мне сразу метнулась возбуждённая Дымка, испытывавшая вину. Картину она мне начала транслировать сразу.

Скоропадскому позвонили по телефону, и он согласился встретиться с одним из людей Глухова. Что тот ему наобещал, было непонятно, но видно, что-то серьёзное, если Скоропадский, от которого я потребовала сидеть и не высовываться, согласился встретиться и впустил дружинника в мою квартиру. Разговаривали они мирно, поэтому Дымка не успела среагировать, когда этот тип использовал против Скоропадского мощный артефакт. Потом она на него напала, но было уже поздно.

Сцена, представившаяся моим глазам, была ужасна. Скоропадского словно разорвало изнутри, целым у него осталось только лицо, на котором застыло непонимание. Остальное кусками усеивало мою гостиную, оставшуюся при этом абсолютно целой. А вот у его противника, напротив, лица не было, как и полностью головы, которую растворила Дымка. Артефакт, который он использовал, валялся рядом с его рукой.

Со стороны это выглядело так, как будто они сразились и победителя не оказалось.

Надо было куда-то звонить, что-то делать, но я лишь стояла и в ступоре смотрела на Скоропадского, не в силах осознать случившееся.