Книга Капли магии 2, страница 136 – Бронислава Вонсович

Глухов продолжал упираться пистолетом мне в бок, вскоре мы должны были уйти с людного места, что меня не устраивало. Решилась я не сразу, но этот человек не оставил мне выбора. Пусть первый раз основной целью была не я, но сейчас он собирался убить именно меня.

После остановки сердца он кулем свалился на дорожку, пистолет выпал из раскрывшейся руки, а сам он пару раз судорожно вздохнул. Я тоже вздохнула, набрала побольше воздуха и завизжала так громко, как только сумела.

Визжала я громко и пронзительно, чем привлекла нужное внимание, и вскоре вокруг нас собралась толпа. Один даже оказался целителем, и я было уже испугалась, но оно не смог запустить остановленное мной сердце, хотя и очень старался.

Кто-то обратил внимание на валяющийся рядом с телом пистолет и вызвал полицию, которая сразу выяснила, что пистолет принадлежал трупу, а тот имел право его носить как дружинник Скоропадских. Удостоверение, найденное в кармане Глухова, произвело впечатление разорвавшейся бомбы. Труп ещё не увезли, а вокруг забегала толпа теперь уже полицейских, чтобы исключить его криминальное происхождение, хотя целитель, пытавшийся его спасти, и объяснял, что у человека просто остановилось сердце.

— Но он же зачем-то вытащил пистолет? Значит, почувствовал опасность? — возразил полицейский.

Глянул на меня с подозрением, поскольку на меня сразу указали как на спутницу трупа, но сразу же понял, что я для Глухова опасности представлять не могла, скорее наоборот. Я же размышляла, говорить или нет о том, что это он угрожал мне пистолетом, или это считается внутриродовыми разборками. Решила не говорить, потому что на меня и без того посматривали с подозрением и скорее обвинили бы в чём-то меня, чем одного из дружинников Скоропадских. Конечно, Новоалександровск не был зоной влияния Скоропадских, но устроить местным родам неприятности было им вполне по силам. У них не дружина, а целая небольшая армия, которую они могли пригнать сюда поквитаться с обидчиками.

Поэтому я решила рассказать сначала Илье, а потом уже действовать в зависимости от его совета. Я ему даже позвонила, только он не ответил. То ли ещё спал, то ли телефон отключил, то ли пытался показать свою значимость. То, что я не бросилась с радостным визгом ему на шею, заметно уязвило его самолюбие.

— Понимаете, это могло быть чисто рефлекторным действием, — тем временем пояснил целитель. — Почувствовал себя плохо и уже, не осознавая себя, извлёк оружие. Такое случается. Вы не представляете насколько сильны рефлексы у некоторых людей.

— То есть внешнего воздействия не было?

— Думаю, специалисты князя проверят на всё, — намекнул целитель, что не стоит особо заниматься местным силам правопорядка. Всё равно их будут перепроверять. — И ничего не упустят.

— Да, у них возможностей больше, — неохотно согласился полицейский. И опять посмотрел на меня.

Я опасалась, что он захочет меня обыскать и обнаружит запись на телефоне, в которой я фиксировала наш разговор. Включила я диктофон почти сразу, и разговор там был, прямо скажем, не предназначенный для чужих. Только для Скоропадского. Вспомнив про него, я опять ему позвонила, но он мой звонок вновь проигнорировал. За ним такое водилось и раньше, и всё же я начала беспокоиться. Отправила ему сообщение в мессенджере, чтобы срочно связался. Уж сообщение он не проигнорирует, а мне совсем не улыбается прогуляться в отделение полиции для дачи показаний. Родовых полиция старалась не задевать, но я настолько мелкий род, что меня можно считать и простолюдинкой.