Книга Дракон, мы в отпуске, страница 31 – Андрей Любимов

— У нас на первом складе однажды протекла крыша, — сказала Беата, глядя на воду за краем навеса. — Дора велела спасать самое дорогое. Мы с приказчиком побежали в разные стороны.

— Что выбрала ты?

— Бархат. Он — книгу расчетов. Потом выяснилось, что прав был он: бархат стоял под целым участком.

— Книгу спасли?

— Да. А Дора приказала впредь сперва смотреть вверх, потом быть героем.

Конрад улыбнулся.

— Хорошее распоряжение.

— Полезное. Но обед я все равно разложила под облаком.

Он подал ей яйцо, уже очищенное от скорлупы.

— Облако успело подойти позже.

— Не защищай мою деловую репутацию. Здесь у меня выходной.

Он рассмеялся. Беате нравилось, как у него менялось лицо, когда смех приходил без осторожности. Она придвинулась ближе, плечом к его плечу, и некоторое время они ели молча, наблюдая, как дождь рисует круги на маленькой лужице у скамьи.

Когда облако ушло, на другой стороне бухты засветилась мокрая скала. Беата вытерла руки и попросила еще немного посидеть.

— Я никуда не тороплюсь, — сказал Конрад.

Теперь это не звучало как обещание, которое нужно проверить. Он действительно сидел рядом, доедал хлеб и смотрел на море. Она положила голову ему на плечо. Неловкая корзина упиралась в колено, скамья была жестковата, но двигаться не хотелось.

Обратно они пошли позднее, когда песок подсох. Коза за оградой спала, и Конрад объявил, что обратный досмотр отменен. У колодца Беата попросила остановиться: ей захотелось прохладной воды. Он набрал ковш, она напилась и передала ему.

К гостевому дому они вернулись к вечеру, не уставшие до изнеможения, а приятно разомлевшие после ветра и ходьбы. Альма приняла корзину, нашла салфетку и удовлетворенно кивнула.

На лестнице Конрад предложил посидеть на террасе, пока готовится ужин.

— Вдвоем? — спросила Беата.

Он посмотрел на нее с улыбкой.

— Если ты еще не устала от моего общества.

— На сегодня хватит сил.

Она взяла его за руку и потянула наверх, туда, где за открытой дверью оставался целый вечер.

У входа в купальни стояло каменное изваяние морского зверя. Из пасти зверя лилась вода, а на голове сидел настоящий воробей и с видимым неодобрением смотрел на посетителей. Беата остановилась прочитать медную табличку. Конрад остановился рядом с воробьем.

— Зверь не виноват, — сообщил он птице. — Его так поставили.

Воробей перелетел на табличку, заслонив слово «тишина».

Седьмой островной день начался с ровного неба и такого неподвижного моря, что Беата по дороге несколько раз принимала дальние лодки за темные камни. После вчерашней прогулки ей хотелось провести утро под крышей, среди красивых вещей, которыми не надо любоваться на ходу. Купальни она приметила еще возле рынка: белая стена, синие чаши с низкими деревцами, широкий световой фонарь над теплым бассейном.

Внутри пахло влажным камнем и лимонными листьями. За стойкой лежали стопки полотенец, одинаковые до последнего сгиба. Беата немедленно заметила прекрасное качество полотна и решила не говорить об этом хотя бы десять минут.

— Отдельная площадка у окна свободна до второго колокола, — сказала смотрительница. — Вход для двоих, чай и обед. Можно оставаться в общей части и после.

Беата посмотрела на Конрада, прежде чем достать кошелек.

— Я хотела бы взять площадку. Приглашаю тебя. Это мой подарок, не общая покупка пополам.