Книга Укрощение строптивого ректора, страница 17 – Леон Монтан

— Какая прелесть, — хищно прошептала я, засучивая рукава и доставая рунную отвёртку. — Жёсткое, холодное, совершенно неэргономичное… Ничего, Магнус, сейчас мы добавим в твою суровую жизнь немного ярких ощущений! Бегемот, свети глазом и подавай масло!

Глава 5. Любимое кресло лорда Дарка

«Ничто так не подрывает авторитет сурового командира, как внезапный женский оргазм из-под его собственной задницы во время строевого смотра». — Из наставлений кота Бегемота, том первый, нецензурный.

Ровно без одной минуты полдень я стояла перед высокими дубовыми дверями зала заседаний и наводила последний глянец на свой образ «смиренной жертвы бюрократии».

По такому торжественному случаю я облачилась в платье цвета спелой брусники. Формально оно соответствовало всем требованиям военного ведомства: длинный рукав, юбка в пол, никаких легкомысленных рюшей. Маленький нюанс заключался в том, что плотный шёлк обтягивал мою талию и бёдра как вторая кожа, а на груди ткань держалась исключительно на трёх крошечных серебряных пуговках и честном ведьмином слове, отчего при каждом моём глубоком вдохе средняя пуговка жалобно позванивала от натяжения. В довершение образа я водрузила на кончик носа изящные очки без диоптрий в тонкой оправе и прижала к груди пухлую папку с учебным планом, который призрак Игнатий старательно переписывал всю ночь под диктовку Бегемота.

Сам пушистый соавтор сидел у меня на плече, изображая меховой воротник, и нервно облизывался:

— Сабрина, я, конечно, кот рисковый, но ты уверена, что не переборщила с пропорциями «Слезы графини»? Мы же вымазали этим маслом всю нижнюю пружину и подлокотники! Если наш громовержец даст туда полный разряд, это кресло не просто застонет...

— Спокойно, Бегемот, всё рассчитано, — шепнула я, поправляя очки. — Акустический триггер настроен строго на тембр голоса лорда Дарка и превышение допустимых децибел. Будет разговаривать со мной вежливо, ласково и шёпотом — проведём тихое, скучное совещание. Ну а если вздумает орать… сам виноват.

Часы в коридоре пробили двенадцать.

Я толкнула тяжёлую створку и с самой кроткой улыбкой шагнула в зал.

Ох, какая тут собралась живописная компания! За длинным, отполированным до зеркального блеска столом из мореного дуба восседал весь цвет военной мысли «Грозового пика». Десять седовласых, увешанных орденами боевых магов старой закалки, двое накрахмаленных инспекторов из военного ведомства с моноклями в глазах и стопками штрафных бланков под рукой, хмурый декан боевой кафедры Корнелиус Варг со шрамом через всю щеку и древний, как ископаемое, главный архивариус академии, который спал с открытыми глазами, приставив к уху медный слуховой рожок.

Во главе же стола, прямо под барельефом со скрещёнными молниями, величественно возвышался лорд-ректор Магнус Дарк.

Он сидел в своём монументальном кожаном троне в безупречном парадном мундире (уже свежем, без следов моей вишнёвой настойки), закинув ногу на ногу и небрежно переплетя пальцы на груди. При моём появлении его глаза хищно сощурились. В них так отчётливо читалось предвкушение скорой расправы, что мне даже стало чуточку стыдно за ту пакость, которая дремала сейчас под его упругими ректорскими ягодицами.

Чуточку. Секунды полторы.