Книга Мера преданности, страница 48 – Ребекка Яррос

Откуда взялся этот гнев? Может, стоит просто порадоваться, что мама наконец очнулась и начала хоть что-то делать? Я не хотела испытывать эти эмоции и попыталась их игнорировать.

Я натянуто улыбнулась, а потом мои глупые мысли прорвались наружу и все испортили.

— Мам, скажи, ты… в порядке?

— Все болит, — прошептала она, и голос ее был тонким, как у Гаса. Она отвернулась от календаря и покачала головой. — Может, вернешься в Боулдер? Я не хочу удерживать тебя здесь, вдали от друзей и Райли.

— Не думаю, что Райли по мне скучает.

— Ох, Эмбер. Что случилось?

— Отношения на расстоянии не для него. — Я выставила перед собой руку, когда она потянулась меня обнять. Мне ни к чему мамино сочувствие. Ей нужно было беречь силы, чтобы оставаться на плаву. — В общем, теперь живу с Сэм, номер на холодильнике рядом с расписанием занятий. Звони, я приеду в любое время.

— Эмбер, мне так жаль, что ты столько потеряла.

— Что нас не убивает, делает сильнее, так?

— Точно. Что нас не убивает.

Она снова уставилась на календарь.

Я повесила сумку на плечо и взяла стаканчик с кофе с крыши машины. Слава богу, между квартирой и кампусом нашелся «Старбакс», иначе я бы просто не проснулась сегодня.

Обустройство на новом месте отняло у меня намного больше сил, чем я думала, но все получилось идеально. Здорово было жить не в общежитии — ни правил, ни распорядка, ни внезапных проверок. Вдобавок моей соседкой была Сэм. За полтора года между нами многое изменилось, но мы по-прежнему были подругами.

Добравшись до корпуса, я достала расписание, сверила номер кабинета и зашла, умудрившись не пролить кофе на белый свитер. Плюс один в мою пользу.

Окинула взглядом аудиторию и обнаружила в первом ряду несколько свободных мест. Поставила кофе на парту, сняла сумку и достала учебники и ручки. Не терпелось сделать первую запись в чистой тетради на пружинах. Я обожала историю, как некоторые девчонки обожают лак для ногтей или туфли. Еще на первом курсе поняла, чем хочу заниматься.

С задней парты донесся неприятный визгливый смех. Я покачала головой. Длинноногая брюнетка сидела на парте возле какого-то парня. Если тот не видит, какая перед ним пустышка — что ж, сам дурак. Она откинула голову и рассмеялась.

Блин. Это был Джош.

Он заметил меня, его глаза округлились, и на губах появилась обезоруживающая улыбка. Я отвела взгляд, отвернулась и уставилась на белую маркерную доску. Дурацкие гормоны. Почему он даже в полдевятого утра хорош, как Аполлон? Впрочем, кого я обманываю? Джош хорош в любое время суток. Я отчасти понимала девчонку, усевшуюся к нему на парту. Пожалуй, та вела себя еще сдержанно. Я бы сразу плюхнулась к нему на колени.

Я даже не увидела, а почувствовала, как он сел рядом со мной.

«Не поворачивайся», — велела я себе. Не стану я на него смотреть. Иначе утону в его карих глазах и вспомню, что творили его руки с моим телом… Ну уж нет.

— А я не хотел сегодня рано вставать и идти на занятия, но ради того, чтобы увидеть тебя, Десембер, стоило проснуться в такую рань, — сказал он.

— Опять ты с этим «Десембер», — пробормотала я, не желая признаваться, что мне нравилось, когда он меня так называл. — Неужели сложно звать меня Эмбер, как все остальные?

Он наклонился вперед и почти коснулся губами моего уха.