Книга Со льдом, страница 103 – Ивар Лёкке

Мортен и Майя еще в конце декабря ездили в Осло, чтобы выступить на заседании. Глядя на украшенные к Рождеству столичные улочки, Соренсен предложил Майе задержаться на пару дней, чтобы отметить праздник, но та отказалась. Вместо этого они улетели в Нарвик и втроем с Кари поужинали в ресторане в сочельник. Что в целом тоже вышло вполне неплохо.

Продвигались и разбирательства, касавшиеся «Нордлиг Арв». Разумеется, сразу же после ареста Сигрид фонд прикрыли, изъяв всю цифровую отчетность на проверку. На удивление, криминального там оказалось немного – по большей части организация действительно просто выполняла свою работу. Но доверие было подорвано. Сначала муниципалитет Скардвика забрал из ведения «Нордлиг Арв» социальные программы. А за ним и остальные ведомства по всему Сорфьорду стали один за другим отказываться от услуг скомпрометировавшего себя частного фонда.

И вместе с этим все, кто еще недавно так яростно защищал и искренне восхищался Сигрид Хольм, поспешил откреститься от всего, что их когда-то связывало. Виго и Сельма Хауге кричали на каждом углу и охотно раздавали интервью, рассказывая, как нечистая на руку глава фонда обманывала их, недоплачивала пособия и шантажом заставляла подписывать подложные документы. От таких заявлений у Мортена начиналась изжога. Но ничего неожиданного в подобном поведении не было. Шакалы всегда готовы загрызть более сильного хищника, как только он даст слабину.

В противовес этому дело Андреаса прошло тихо и совершенно незаметно. Отчасти потому, что обвиняемый умер, не дожив даже до первого слушания. Желание добиться справедливости для Анны и других пострадавших детей оказалось единственным, что удерживало профессора Вэтте в этом мире. Буквально через пару дней после того, как Андреас дал интервью Свенну, он впал в кому и ушел, не приходя в сознание, на больничной койке.

А вот похороны, наоборот, прошли с невиданным размахом. Интервью зацепило за живое очень многих. Кто-то осуждал поступок Вэтте и сожалел, что он избежал справедливой расправы. Но другие сочувствовали обманутому отцу. И потому, когда Свенн объявил в блоге о смерти профессора, неравнодушные подписчики открыли сбор пожертвований и организовали пышную церемонию прощания, на которую съехались люди со всех концов страны.

Бывшие коллеги. Ученики из Нурда. Молодежь Скардвика, ходившая на открытые лекции, и те, кто узнал о профессоре из роликов в интернете. Приемные родители Анны, которые делили с Андреасом одно глубокое горе.

Соренсену было удивительно своими глазами увидеть, как много судеб затронул неприметный профессор. И пусть Андреас не искал искупления, Мортен подумал, что так выглядит именно оно. Понимание, что, несмотря на причиненное зло, ты сумел оставить после себя добрый след. Что ты был важен кому-то. Что повлиял на чью-то жизнь.

* * *

Низкий гудок появившегося из-за склонов парома выдернул детектива из раздумий. Стоявшая рядом Майя нервно подалась вперед.

— Они почти здесь.

— Вот и прекрасно. – Мортен фыркнул. Видеть обычно бесстрашную Вольден такой суетливой и взволнованной было забавно. – Слушай, перестань так паниковать. Ты в порядке. Твои документы в порядке. Твой дом в порядке. Машина… – Он покосился на сверкающий после мойки внедорожник, над которым даже чайки боялись летать, чтобы случайно не испортить идеальную картину. – В полном порядке. И Кари тоже. И так как она сама изъявила желание оказаться под твоей опекой, нет абсолютно никаких причин, по которым что-то может пойти не так.