Книга Со льдом, страница 102 – Ивар Лёкке

Старший детектив Вольден волновалась. Нет, даже не так. Она буквально не находила себе места. Сжимала и разжимала кулаки, переминалась с ноги на ногу, пинала невысокое ограждение носком ботинка, бесконечно смотрела на часы, хотя по расписанию ждать было еще не меньше пятнадцати минут, и нервно поправляла узел шарфа, как будто от того, как он завязан, могло что-то зависеть.

Честное слово, даже перед первым свиданием с Фредерикой Соренсен настолько не изводился.

Хотя, если подумать, финальная встреча с опекой – это совсем не то же самое, что пригласить в дорогой ресторан понравившуюся девчонку, чтобы пустить ей пыль в глаза. Это даже страшнее, чем знакомство с родителями. Позади долгие три месяца проверок, тестов, ускоренные курсы PRIDE^[8], для которых Майе приходилось выкраивать время и ездить в Нарвик на очные сессии, встречи с консультантами из центрального офиса Барневарна. И все равно одно неверное движение – и представитель службы по защите детей мог отозвать согласие.

Вольден такого допустить не могла.

Ее упорство в достижении цели вызывало у Мортена восхищение. Он бы никогда не подумал, что такой человек, как Майя, вообще когда-либо рискнет взять под опеку ребенка. Вольден, казалось, отдавала всю себя работе. Трудилась за пятерых, спала на диване в участке, а в самые напряженные времена не давала себе ни минуты отдыха, пока дело – даже если речь шла об украденном дорожном знаке – не будет раскрыто. Где в таком режиме найти силы на помощь недоверчивому, травмированному подростку? Но Майя находила. За ту недолгую неделю, пока Кари жила у нее, они немало времени провели вместе. И когда представитель центрального офиса Барневарн, прибывший, чтобы перенять дела у расформированного «Нордлиг Арв», постановил забрать девочку в кризисный центр в Нарвике, Вольден оказалось непросто с этим смириться.

Несколько дней она ходила с опущенной головой. А потом в один момент приняла решение, что хочет вернуть Кари назад в Скардвик – к ее привычной жизни, школьным друзьям и устоявшейся рутине. И, засучив рукава, взялась за дело.

Мортен наблюдал за этим процессом, можно сказать, из первых рядов. Майя разрешила ему занять свободную комнату в ее доме – разумеется, только до переезда Кари – и с головой ушла в подготовку нужных справок, отчетов и документов. Соренсен мало чем мог помочь и потому сделал то немногое, что ему было доступно. Перекрасил стены, повесил дополнительные полки в будущей спальне Кари, подтянул разболтавшиеся крепления шкафчиков на кухне. И по возможности избавил Вольден ото всех забот, связанных с судом по делу Сигрид и Андреаса.

А забот там было немало.

Дело «Нордлиг Арв» и Сигрид Хольм широко прогремело в новостях по всей стране. Отчасти из-за ролика Свенна, который вызвал серьезный резонанс в социальных сетях. Отчасти из-за Реннинга – тот просто не умел оставаться в тени, а тут подвернулась такая возможность поднять острые темы недостатков ювенальной политики и необходимости независимого контроля над деятельностью негосударственных фондов, рядом с которыми любое имя правозащитника выглядит дорого и выигрышно. Конечно, привлечь бывшую главу благотворительного фонда по коррупционной статье было невозможно, так как исковые сроки давно вышли. Но активная дискуссия в социальных сетях не шла на пользу ее защите. Так что по прогнозам команды обвинения еще до конца года Сигрид точно должна была оказаться за решеткой за поджог, двойное покушение и убийство.