Книга Дикарка для Альфы, страница 33 – Рая Вельс

Навстречу луне

Удивительно, но остаток дня прошёл непривычно спокойно.

После неожиданного визита попечителя ни проверок, ни вызовов на ковёр больше не последовало. О ночной драке в душевой тоже никто не вспоминал, словно все сотрудники и воспитанницы разом договорились вычеркнуть тот случай из памяти. Даже воспитатели, обычно не упускавшие возможности прочитать очередную длинную нотацию, в этот раз ограничивались короткими брошенными на ходу замечаниями и поспешно расходились по своим делам.

Впрочем, перемены Нея ощутила практически сразу.

Теперь, стоило ей появиться в коридоре или шагнуть за порог столовой, разговоры вокруг на мгновение затихали. Девушки украдкой поглядывали в её сторону с боязливым любопытством, но, едва встретившись с Неей взглядом, тут же отворачивались, делая вид, будто заняты чем-то невероятно важным.

Рыжая и вовсе старалась держаться от нее как можно дальше. Заметив сегодня утром новую соседку в дальнем конце коридора, она резко остановилась, сделала вид, будто забыла что-то в комнате, и, быстро развернувшись, буквально сбежала за ближайший поворот.

Нея проводила её недоумённым взглядом и едва заметно усмехнулась. Еще вчера эти девицы были твердо уверены, что могут безнаказанно издеваться над ней, а сегодня боялись даже случайно оказаться рядом. Странные люди: стоило лишь единожды дать жёсткий отпор, как вчерашние хищницы в мгновение ока превратились в испуганных зайцев.

Даже Саня вёл себя непривычно тихо. Он несколько раз ловил ее взгляд, словно порываясь подойти и что-то сказать, но всякий раз смущённо передумывал и молча опускал глаза.

Ночь вновь не принесла Нее долгожданного отдыха. С тех пор как она оказалась в стенах этого центра, сон словно бы совсем перестал существовать, уступив место выкручивающей кости боли, которая с каждым днём становилась все невыносимее. Казалось, она разрывала тело изнутри, заставляя девушку с трудом сдерживать стоны в подушку.

Дрожащей от напряжения рукой Нея потянулась к стоявшей на тумбочке жестяной баночке с таблетками — лишь они могли хотя бы ненадолго приглушить эти мучения.

Однако прежде чем её пальцы коснулись крышки, где-то на самом краю сознания прозвучал тихий, едва различимый голос. Он был полон такой молящей, искренней просьбы, что сердце Неи болезненно сжалось:

«Не надо... Пожалуйста...»

Не вполне понимая, почему вдруг подчинилась этому странному шёпоту, Нея медленно поднялась с кровати. Крепко сжимая баночку в ладони, она бесшумно вышла в пустой коридор и спустя минуту уже стояла в туалете, неподвижно наблюдая за тем, как последние спасительные таблетки исчезают в водовороте воды.

Боль никуда не ушла, продолжая терзать каждую клеточку её тела, но вместе с этим глубоко внутри поселилось странное, светлое чувство. Будто она только что поступила единственно верно, пусть сама ещё не до конца понимала почему.

Вернувшись в коридор, Нея замерла у высокого окна. Серебристый лунный свет мягко струился сквозь мутные стёкла, рассыпаясь по полу холодными, почти волшебными бликами. Девушка завороженно смотрела на огромный диск полной луны, от которой исходил безмолвный, но неотвратимый призыв.

В груди вновь шевельнулось то самое неопределимое чувство, которое пару минут назад заставило её выбросить лекарство. Оно не требовало и не давило — оно лишь тихо манило туда, за пределы серых стен, прочь от тяжелого воздуха и удушающей тесноты.