Книга Священный город бога-предателя, страница 194 – Лия Арден

Успокаивающие поглаживания прекратились. Брат молча выслушал поток признаний, сливающихся с её рыданиями. Когда Найра замолчала, закусив нижнюю губу, Малек всё-таки заговорил:

— Повторяю, прекрати плакать. О произошедшем нельзя никому рассказывать, поняла? Не имеет никакого значения, помогла ты фарсидцу или нет. Все они, кроме Афшана, мертвы. Ты ведь не помогала Афшану? Вот и незачем рыдать.

— Я не помогала Афшану, я его даже не видела, – всхлипывая, но уже без слёз заверила Найра, ощущая, как слова Малека чудодейственно успокоили тревоги. Она взглянула на брата, ища его одобрения, чувствуя, как чужая уверенность становится её собственной. Раз брат говорит, что нет смысла переживать, – значит, нет. Малек прав, Малек всегда прав. – Того звали Герей, и мы иногда играли в шахматы. Но Афшана я никогда не видела.

Хватка Малека усилилась на её ладони. Найра протяжно выдохнула и сжала пальцы брата в ответ, наконец выдавливая смущённую улыбку. Малек на неё не ответил. Не моргая он смотрел Найре в глаза, но девочке показалось, что он глядит куда-то сквозь.

— Прости. Впредь я не стану плакать. Правда не буду. Только не расстраивайся, – заверила Найра, ощущая тревожную настороженность.

Малек встрепенулся, несколько раз рассеянно моргнул, и его взгляд всё-таки сосредоточился на сестре, но оставался каким-то отстранённым, глаза лишились былой теплоты, а лицо застыло, как и вся поза. Медленно, словно против воли, его пальцы вновь начали поглаживать ладонь Найры, и девочка расслабилась, решив, что перемена в Малеке ей почудилась или брат задумался о чём-то своём.

— Хорошо. Я не стану более расстраиваться, если ты прекратишь плакать. Забудь о том фарсидце, Найра, забудь его имя. И, самое главное, не говори об этом более никому. Ты поняла? – Голос брата звучал отчуждённо, был каким-то глухим, Найра пришла в недоумение. Но прежде чем она занервничала, Малек добавил: – Не поднимай при отце тему фарсидцев. Он сейчас в ярости от того, что Афшану удалось уйти. Его всё может разозлить. Ты не помогала Афшану, ты не помогала никакому другому фарсидцу. Ты их даже не видела. Ничего из этого не было, ясно?

— Ясно, но…

— Никаких «но». Афшану ты не помогала. Остальные фарсидцы мертвы. А теперь сделай как обещала – не расстраивай меня и спи.

НАЙРА

Найра всем телом вздрогнула и очнулась ото сна или того полубреда, в который провалилась, прислонившись к стволу финиковой пальмы. Саир, сидя неподалёку, тут же отреагировал на движение и перевёл взгляд на сестру.

— Тебе надо ещё отдохнуть, – тихо сказал он, чтобы не разбудить дремлющую рядом Рошану.

— Сколько прошло? Я не собиралась спать. – Слова царапали горло, голос хрипел.

Найра приняла протянутую Саиром флягу, но едва отхлебнула тёплую воду, чтобы смочить горло и губы.

— Из нас троих ты одна нормально не спала. Передохни, иначе не сможешь ехать дальше, – упрямее настоял Саир, строго сдвигая брови к переносице. – Не хочешь спать – тогда поешь.

Найра рассеянно посмотрела на сушёные фрукты и лепёшки. Перед тем как покинуть Фарсиду, Адим купил им еды. Он не был особо избирательным, торопился и брал всё, что не испортится на жаре, но купил достаточно, чтобы им не нужно было экономить. Однако Найра почти ничего не ела, потому что не могла. Ни вид еды, ни запахи не пробуждали аппетита – только отвращение. Ворчание и боль в пустом желудке прекратились ещё вчера.