Книга Служанка слепого генерала, страница 118 – Екатерина Белова

Я подошла к нему, отодвигая грубоватую ткань, и с практичным интересом вгляделась в собственное отражение. Хмыкнула.

Надо же. Барби в пледике. На мне теперь и мешок из-под картофеля будет смотреться по-королевски.

— Месяц, — рвано выдохнул Халцид. — Это малый срок. Многие из пробужденных дракониц проводят в коконе до шести месяцев. Ты справилась очень быстро.

Светлый жадный взгляд неустанно обшаривал меня с головы до ног. Одной рукой дракон пытался расправить измятую рубаху, а другой немного зачесать волосы назад. Кажется, ему было неловко за свой вид.

— Я должен столько всего тебе рассказать, — наконец выдохнул он. — Ты стала драконицей, но, наверное, даже не понимаешь как, не знаешь наших законов, богов, правил, традиций…. Я… Позволь мне рассказать тебе о Вальтарте.

Халцид вскочил, словно несказанные слова распирали его изнутри, заставляя хаотично метаться по комнате. Он взял меня за руки, после неловко отшатнулся. Потом принялся усаживать меня то в кресло, то на пуфик.

Я отстранилась, присела на край кровати и взялась с интересом разглядывать собственные руки, больше похожие на произведение искусства. Я ведь теперь вся такая? Такая… пластмассовая.

Впрочем, что уж теперь.

— Мне не нужны твои правила и традиции, Глен из Арха, — сказала неспешно. — Согласно закону о прениях от шестой луны сезона благоденствия императора Варха, иномирное существо, принявшее суть дракона, имеет право на кров, на кровь, на труд. Как пробужденная, я имею право на статус вейры и выбор клана, но меня вполне устраивает твой маленький горный клан.

Этот закон не менялся тысячелетиями, вторя воле богов, но умненькие драконы при каждом новом императоре выворачивали смысл фразы по-своему. Последние шестьсот лет действовала поправка, что лишь обращенная в дракона иномирянка имеет право. Остальные иномирянки имеют обязанность.

Например, обязанность не отсвечивать своей неприкаянностью около высокородных вейров, тихо доживая свои дни… где-нибудь. Где-нибудь далеко. Именно эта поправка породила племя Сиба, которое гнали, как цыган, с одной земли на другую, пока клан Фалаш не дал им приют.

Сердце кольнуло.

Айден был так добр к племени Сиба и оказался так жесток ко мне.

Глен уставился на меня во все глаза.

— Откуда ты все это знаешь? Впрочем, теперь это не важно. Мы не о том говорим, не о том! — Халцид снова вскочил, буквально вцепившись себе в волосы, и снова заметался по комнате, напоминая льва в тесной клетке. — Все стало слишком сложно, Беатрис! Мы судили человека, вею, черного мага, но теперь ты иномирянка, ставшая драконицей! Это все меняет! Мы можем поехать в столицу и попробовать легализовать твое положение. И Ланд ничего не сможет сделать!

Я резко наклонилась и поймала Халцида за край рукава.

— Нет, — сказала тихо. — Мы никуда не поедем, Глен. Я войду в твой клан на правах иномирянки, а на вопрос, кто меня инициировал, буду загадочно улыбаться, и никто, никогда не узнает правды. Беатрис Венци давно умерла. Сгинула в зыбучих песках, не так ли?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глен замер и уставился на меня вспыхнувшими серым огнем глазами. До него наконец-то дошло, о чем я толкую.

— Ты хочешь начать жизнь с чистого листа, — сказал он медленно. — Хочешь стать неизвестной иномирянкой, недавно вошедшей в Вальтарту?