Книга Рассвет русского царства. Книга 8, страница 116 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Еще немного… — процедил я, сжимая поводья.

— Бах-бах-бах, — начали греметь выстрелы орудий.

Мои плоты только-только успели пристать к вражескому берегу. А летящие ядра стали отличным прикрытием для них.

— Андрей Федорович, оставайся на этом берегу! Отец, Семен, Лёва, ведите курмышских на плоты!

— А ты куда? — спросил меня тесть, когда я начал править Бурана к берегу.

— Буду командовать сражением оттуда! — ответил я, и повернувшись крикнул Ратмиру. — Бери тридцать пушкарей, и грузите бочки с порохом и каменным дробом на плоты. Используем их тюфяки против них же.

Посмотрев на другой берег, я видел, что неменьше тысячи воинов, ощетинившись копьями, создали плацдарм для форсирования реки остальному войску.

* * *

https://author.today/work/567405 — Рассвет русского царства. Книга 8.

Всем огромное спасибо, что читаете наше произведение.

И снова просим о помощи, подтолкнуть нашу книгу лайками!)))

p. s. Мира и добра

Я стоял на плоту, и вместе со мной десятки таких же плотов с моими курмышскими ребятами уже отвалили от берега, мерно покачиваясь волнах Шелони.

Буран нервничал. Он не понимал какого лешего мы стоим на этой шаткой деревянной конструкции посреди большой воды. Он испуганно всхрапывал, перебирая копытами по мокрым бревнам, и косил на меня большим карим глазом, в котором читался немой упрек. Я погладил его по шее.

— Всё в порядке, брат, — прошептал я. — Прорвемся. Не впервой.

В этот миг воздух снова разорвал грохот моих «Рысей». С нашего берега одна за другой вырывались оранжевые вспышки. Снаряды уходили за реку, и спустя секунды до нас докатывались отголоски паники новгородцев, дикие крики и треск ломающихся заграждений. Я видел, как Ратмир на соседнем плоту распоряжается погрузкой бочек с порохом. Севы среди тех, кто отправился на вражеский берег, не было. Я считал, что рано ещё ему видеть смерть так близко.

Мы прошли уже две трети пути. Расстояние до вражеского берега сокращалось… но внезапно что-то внутри меня оборвалось. Семён, стоявший на носу нашего плота, резко обернулся. Его лицо исказила гримаса ужаса. Он что-то кричал, широко разевая рот, но слова тонули в общем гуле битвы. Я проследил за его указующим пальцем и повернувшись почувствовал, как внутри всё похолодело.

Там, куда я смотрел… за небольшим холмом, примерно в трехстах метрах ниже по течению, новгородцы припрятали тюфяк.

Честно, я не понимал за каким хером его поставили отдельно от остальных. Ну не верил я, что кто-то из новгородцев просчитал меня настолько, что подготовил такую ловушку заранее.

Тем временем орудийный расчет врага действовал быстро, явно подгоняемый кем-то очень умелым. И этот «кто-то» стоял чуть поодаль, кутаясь в темный плащ. На миг мне показалось, что это был тот самый незнакомец, но так ли это я не успел понять.

— БАХ! — мир вокруг меня взорвался. Воины, что стояли впереди меня, слетели в воду… а дерево плота под моими ногами разлетелось в разные стороны.

Но самое страшное случилось секундой позже. Буран… заряд каменного дроба, предназначавшейся мне, угодил в него. Мой конь, мой верный друг, издал звук, от которого у меня внутри всё заледенело. Это не было ржанием. Это был почти человеческий крик существа, не понимающего за что ему такая мука. Буран завалился на бок, его огромная туша, ставшая вдруг непомерно плотной, накренила остатки плота. Крепления окончательно лопнули, и бревна начали расползаться под нами, как пальцы умирающего.