Книга Любимый плут, страница 140 – Кэролайн Линден

— Да что происходит, черт подери?

Бианка даже не моргнула, услышав ругательство.

— Успокойся, папа. Мне кажется, я знаю, кто она, но нам надо дождаться Макса.

С рюмкой кларета в гостиную вошла Дженни и удивленно вытаращила глаза, когда Бианка передала рюмку Грете.

— И как долго? Уже два дня прошло, а он даже записку не прислал жене! — возразил отец.

— Я абсолютно уверена, что уже скоро он будет здесь.

Именно эту женщину Макс разыскивал, именно за ней помчался как угорелый, не вдаваясь в объяснения. И действительно: ей показалось, что она слышит приближающийся стук копыт.

Через несколько минут стало понятно, что она права. Эхом отдался голос Хиксона в холле, раздался топот бегущих ног, и в дверях возник Макс. Издав возглас облегчения, он бросился вперед, и Грета при виде его вскрикнула, как раненое животное, и попыталась подняться с кушетки, уронив рюмку.

Бианка поймала рюмку и отставила в сторону. Вина в ней осталось на крохотный глоток. Грета ринулась навстречу Максу, упала перед ним на колени и обхватила руками за ноги. Он тут же опустился к ней, и его просторный плащ укутал их. Он привлек Грету к себе, прижав к груди, и что-то забормотал на ухо, а она зарыдала с новой силой.

— Сент-Джеймс, объясните наконец, что здесь происходит! — не выдержал Тейт.

Продолжая успокаивающе гладить женщину по волосам, Макс поднял голову. Выглядел он ужасно: весь какой-то серый и измученный, волосы в беспорядке и явно грязные, одежда в пыли.

— Это моя тетка, сестра матери Грета.

— Ваша тетка! — отшатнулся Тейт. — Что с ней случилось?

— Ты искал ее несколько месяцев. — Бианка стояла оцепенев. — Почему ты ничего не сказал мне, Макс?

Он повернулся к ней с безутешным видом:

— А ты не понимаешь? Она не в себе.

Потребовалось время, чтобы обитатели Перузии успокоились.

В объяснениях Макс был немногословен. Его тетка заболела после второго брака. Тяжелая меланхолия, сказал доктор. Она начала неумеренно пить, и временами впадала в ступор, который мог длиться несколько дней. Менялись доктора, но каким бы ни было лечение, никакого улучшения оно не приносило. Грета быстро худела, стала говорить только на немецком, языке ее юности, и муж запер ее в больницу для умалишенных.

Бианке показалось, что было что-то еще. Макс бережно усадил тетку на кушетку и обнял, словно ребенка. Она действительно казалась беззащитной, как дитя. Она тяжело привалилась к Максу, цепляясь за плащ. После его уговоров все же согласилась съесть пару кусочков хлеба, а потом заснула, да так неожиданно, что повергла всех в изумление.

Сэмюел ушел, заявив, что ему нужно выпить, дабы успокоить нервы. Френсис тоже ускользнула из комнаты, но вскоре вернулась сообщить, что распорядилась приготовить для Греты комнату.

Макс словно очнулся и хрипло возразил:

— Нет, я заберу ее домой. — Он посмотрел на Бианку и добавил: — Если ты, конечно, не против.

— Не говорите глупости! — заявила Френсис со своей обычной бесцеремонностью. — Женщина совершенно вымоталась. Пусть Эллен вымоет ее и уложит в постель.

Макс покачал головой:

— Я не могу оставить ее.

— Конечно, нет, — резко ответила Френсис. — Я уже послала за Дженни и вашим человеком. Вы займете прежнюю комнату Бианки.

— Я буду с ней, — сказала Бианка Максу, который продолжал обнимать спящую Грету. — Если считаешь, что ей так лучше.